Книга Империя. Тихоокеанская война, страница 198 – Владимир Бабкин

Так мы и оказались у островов Кёртис в день битвы за Мельбурн. Мы горько шутили, что нас отослали в дозор, посчитав, что в битве линкоров и аэропланов для такого числа миноносцев недостаточно места. Самолетов у нас там, как оказалось, было немного, но вот орудий больших калибров на кораблях русско-итальянского флота с избытком, даже против вернувшихся после недавнего бегства в новозеландские порты австралийских линкоров. Капитан первого ранга Владимир Григорьевич Антонов, командир «Барона Шеллинга», особенно расстраивался. Он даже говорил, что жалеет, что оставил мостик героически воюющей у берегов Кореи старушки «Славы». Но в жизни всегда найдётся место подвигу.

Мы стояли у островов в тумане. Торпедный крейсер прятался за Кон-Айлендом, наш подплав на одиноком «Барсе» стоял у скалы Сахарная Голова, нам же, эсминцам, повезло укрываться у самого Кёртиса. На наше удивление, австралийцев там не было. Даже в воздухе. Только мы, птицы и морские котики. Мы хранили радиомолчание, но получали сообщения о ходе битвы. Наши жали австралийцев. Но те маневрировали и огрызались, опираясь на превосходство в воздухе и родной берег. Собственно, мы не сомневались в нашей победе. Не только мы, но и многие другие силы, даже ещё не были введены в бой, а у австралийцев меньше стволов и не осталось резервов.

Неожиданно около полудня мы получили сигнал прожектором быть готовыми к бою. Наши наблюдатели на вершине острова Кёртис быстро пояснили нам эту перемену. По их докладу с юго-запада на всех порах шли два линейных крейсера с сопровождением. Как доложили дозорные: это были британские «Хоу» и «Глориес». Но они несли австралийский флаг! Их участие в бою могло бы переменить его ход, а если с ними и линкор «Куин Элизабет», то и переломить сражение.

У нас был жесткий приказ своё расположение не демаскировать. Но в сложившейся ситуации капитан Антонов не мог не принять бой. Противник не видел его. Легкие силы англо-австралийцев проскочили Конический остров, а вслед за ними стремительно прошли и линейные крейсеры. Как оказалось, «Куин Элизабет» тоже была с ними, своими двадцатью тремя узлами мешая крейсерам развить полный ход. Первый отряд наших эсминцев выскочил из-за Кёртиса на эсминцы австралийцев. Крейсеры не вступили в этот бой, но они чуть сменили курс, опасаясь торпед. Всё это отвлекло англичан, и потому они пропустили момент, когда в бой пошло «русское супероружие».

Выйдя из тумана, торпедный крейсер «Барон Шеллинг» почти вломился в строй между англо-австралийскими крейсерами. На них лихорадочно стали стрелять средним калибром и спешно поворачивать большие пушки. К огорчению Роял Неви, расстояние было не велико, а в сектор обстрела попадали их собственные мателоты. Всё это дало капитану Антонову уникальный для своего корабля шанс разрядить в два залпа все семьдесят две торпеды в противника… Диспозиция не давала ему шанса скрыться, и потому торпедные аппараты были вновь заряжены на «Бароне Шеллинге» за те считанные минуты, пока он продолжал набирать скорость и заходить между «Хоу» и «Глориес».

Всего шесть торпед первого залпа нашли свои цели. Причем две из них были эсминцами. «Глориес» получил пару торпед с кормы и потерял один из винтов. Пущенные по «Хоу» торпеды прошли по касательной, вскрыв только противоторпедные були. Англичане решились на полноценный обстрел «Барона Шеллинга», тем более что для пушек приотставшей «Королевы» открылся удобный угол обстрела.