Книга Империя. Тихоокеанская война, страница 119 – Владимир Бабкин

— Да, бурное развитие моды стало следствием и рекламной кампании трех минувших Олимпийских игр, и Всемирной выставки, и открытия сети курортов в Ромее, и картин производства «Империи кино», где актрисы щеголяют одна продвинутее другой. Даже самая известная модельер России госпожа Надежда Ламанова шьет все более смелые модерновые наряды, обшивая не только весь высший свет, но и лучшие театры трех столиц, а также Нового Илиона, и, конечно же, самые высокобюджетные картины «Империи кино» в лице их лучших и самых дорогих актрис. Нужно ли говорить, что вся публика начала массово переходить на более стройные и укороченные модели? А это ускорило прогресс и в других направлениях моды, в легкой промышленности и так далее.

Усмехаюсь.

— Мне тут Евстафий доложился о том, что ему птички нашептали про то, что госпожа Ламанова очень переживает, мол, наша обожаемая государыня не заказала до сих пор у неё ни одного платья, в то время как у Аликс был целый гардероб её самых изысканных и умопомрачительных нарядов. Дальше уже идут намёки и пересуды, что, мол, Натали Ламанову к тебе не подпускает, боясь конкуренции, в то время как наряды Натали совсем невзрачные по сравнению с платьями великой Ламановой. А она, между прочим, имеет официальный статус «Поставщик двора его всевеличия». Что скажешь?

Императрица хмыкнула.

— А ты знаешь, как шьет платье Ламанова? Модель, на которую шьется наряд, должна стоять неподвижно, пока великая мастерица прямо по телу начинает резать, кромсать, закалывать булавками, и всё это многие часы подряд, поскольку прерваться невозможно – платье просто рассыплется.

Чешу нос.

— Хм… И что это за новый метод?

Маша засмеялась.

— Ламанова просто не умеет кроить, делать выкройки на бумаге, вырезать нужные куски, собирать их с тем, чтобы потом провести примерку. Делать она этого не умеет, а потому заказчицам, включая Аликс, приходится терпеть, поскольку Ламанова действительно гений, а бренд её стоит очень дорого.

Киваю.

— Понятно. На что только не пойдешь ради красоты. Даже на жертвы.

Вновь смешок.

— И вправду хочешь, чтобы я так мучилась под иголками у госпожи Ламановой? Нет, уж, «Модный дом Натали» меня вполне устраивает. Там творят лучшие кутюрье Европы.

— Нет, радость моя, конечно же не хочу. Красота, может, и требует жертв, но я не хочу приносить в жертву тебя.

Жена рассмеялась и щёлкнула меня пальцем по носу.

— Ой, все мужчины так говорят, но все хотят, чтобы их жены и подруги были красивыми!

Парирую.

— А женщины не хотят, чтобы их мужья и кавалеры выглядели прилично?

Ироничное:

— Мужчина должен быть чуть красивее чёрта!

Смех. Поцелуй.

Мы помолчали. Скоро уже рассвет. И я продолжил с того места, на котором прервался:

— Ещё одним фактором бурных изменений истории стало сохранение монархий в Европе. Это совершенно меняет весь расклад отношений и развития. Да, войны между монархиями в истории случались регулярно и регулярно будут происходить, в этом нет ничего нового. Но монархи, в большинстве своём, мыслят иначе, чем вожди мелких лавочников или партийных чинуш, вдруг объявивших себя гласом народным. В нашей с тобой истории Европа стала более стабильной и более нацеленной в будущее.

Маша возразила:

— Но идеи национал-социализма возникли не благодаря только Гитлеру и его шайке. Их корни заложены ещё во Втором рейхе, и я после того, как ты меня просветил по поводу твоего минувшего будущего, ясно вижу все предпосылки появления национал-социализма в Германии и в нашей версии истории.