Книга Империя. Лязг грядущего, страница 104 – Владимир Бабкин

Я быстро шёл по коридору Ставки в Ситуационный центр, сохраняя полную невозмутимость на лице, и дико матерясь в душе. Вот как? КАК?? Конечно, Камчатка – это не Большой Владивосток и не Сахалин, укреплений там мало, Авачинская губа отнюдь не залив Петра Великого, да и гарнизон в Петропавловске небольшой, хотя и не Чукотка, конечно. Но в чём стратегия японцев?

Правда ли это? Мне обычно не докладывают небылицы, тем более поднимая с постели императора среди ночи, но на войне бывает всякое.

Суворин, конечно, выкрутится, но медийно это очень нехорошо.

Очень.

* * *

— Государь! Пользуясь ночным временем суток, японский десант совершил массовую высадку между Халактырскими скалами и Толстым мысом. Судя, по поступающим сведениям, наши посты береговой охраны были ликвидированы. Штурм Петропавловска начался в три часа ночи после массированного удара артиллерией японского флота по основным военным объектам города. После скоротечного боя Петропавловск был потерян нашими войсками. В городе продолжаются перестрелки, но японцы явно контролируют все основные узлы и ведут зачистку.

Дело было плохо. Не сказать, что вот прям катастрофически плохо, но мне не нравилась ситуация. Нет, я не ждал прямо вот победных реляций со всех участков фронта, но мне не нравилось, что японцы практически с первых часов войны перехватили инициативу. Ведь их флот и транспорты вышли в море ещё до нашего официального объявления войны. Значит, у них были свои соображения на этот счёт. Что, впрочем, понятно. У любого генштаба есть десятки планов на все случаи жизни. Тут речь как раз о том, что было принято конкретное волевое решение на самом высшем уровне. Кем? Либо регентом Хирохито, либо даже самим больным императором Ёсихито. Понятно, что последний в выработке стратегии вряд ли принимал активное участие, но хотя бы дал согласие.

Честно говоря, мы очень надеялись на то, что в Японии наступил некоторый период безвластия и неопределенности в верхах, что должно было отразиться на действиях армии и флота. Но, видимо, не срослось. Одно было непонятно – выльется ли смертельная вражда между армией и флотом во что-то конкретное в данном случае?

И что делать нам? Японцы нас конкретно прижали на море. И бог бы с ним, с морем, но джапы явно пытаются растянуть наши сухопутные силы. И если на Чукотку можно было бы и наплевать, то вот случаи типа Петропавловска недопустимы. Это не так чтобы катастрофа, но большой скандал. Даже в Крымскую войну англо-французский флот не смог взять город, в котором была горстка обороняющихся, а тут такая пощечина. Просто оплеуха. Нужно прикрыть побережье, чего не сделать никакими гарнизонами и никакой артой. Нужен флот. «Пантократора» с компанией явно не хватит, на немцев и итальянцев рассчитывать не стоит, это скорее моральная поддержка.

Похоже, нам всё ж таки не отвертеться от покупки броненосцев типа «Мэн» в чудесных Соединенных Штатах. Старье, конечно. Дикое. Но пушечки вполне себе. Триста пять миллиметров, хоть и всего четыре на всю посудину. Для серьезного боя не годятся (скорее. годятся в утиль), но погонять вспомогательный флот японцев вполне могут. А после войны продадим в какой-нибудь Уругвай.

Из дополнительных плюсов данной сделки была скорость. Нет, не скорость хода, корабли были довольно древними, а скорость подготовки экипажей… ведь это был практически всё тот же прототип британского броненосца «Маджестик» и его вариаций типа броненосцев «Три святителя» или «Пересвет». А «Пантелеймон», он же «Князь Потёмкин-Таврический», до сих пор в строю, так что и с него экипаж можно снять, и из тех, кто там служил, можно команды сделать. Тем более что янки упорно предлагают купить у них три броненосца – «Мэн», «Огайо» и «Миссури». Мы покупать музейные древности не хотели, отдавая предпочтения быстроходным крейсерам и эсминцам для каперских операций на морских коммуникациях противника, но, судя по всему, явно придется.