Книга Император из двух времен, страница 81 – Владимир Бабкин

— Ничего. Продолжай, прошу тебя.

— Так вот, Шиффу взрыв в Таранто был не нужен. На тот момент я была итальянской принцессой, вокруг персоны которой объединились очень серьезные силы в Италии. И моя гибель бросала прямой вызов тем же Старым семьям. Если бы докопались до источника отдачи приказа (а так и получилось), то он бы получил очень серьезные проблемы, уж поверь мне. Зачем это Шиффу? Он бы дождался момента, когда я стану императрицей и тогда бы нанес удар. Одно дело убить итальянскую принцессу, а другое – русскую императрицу. А ты знаешь, каким патологическим русофобом был Джейкоб Шифф. Так что либо это не он и его кто-то подставил, либо Шифф выполнял чью-то просьбу, от которой он не смог отказаться. Замечу, что Шифф вел очень серьезные финансовые дела с Орлеанским домом и, насколько я могу судить, собирался занять освободившуюся после ухода Ротшильдов нишу во Франции.

Что ж, это логично. Вполне в стиле покойного Джейкоба. Многоуровневая многоходовка: помочь Ротшильдам – подставить Ротшильдов – занять место Ротшильдов. Да, все в его духе. За такой куш можно и рискнуть начать Игру.

— Так ты думаешь, что этим всем стоит Орлеанский дом?

— Уверена в этом. Как говорится, ищи, кому выгодно. Главным выгодоприобретателем становились Орлеаны. Подходящих невест, кроме Изабеллы, в Европе на тот момент не было, ведь та же Германия была от тебя отрезана. Таким образом, по задумке Изабеллы-старшей, её дочь стала бы русской императрицей и могла бы влиять на твою политику в отношении Франции, а также продвигать интересы французского капитала в России, окончательно превращая нашу империю в колониальный придаток Франции. Но не срослось. К тому же вспомни, что Савинков и его боевая группа в Таранто прибыли именно из Франции. Белла-младшая вроде как уже пристроена за английским королем, так что теперь пришла очередь Чикки.

Видя моё всё ещё непонимание, Маша терпеливо пояснила:

— Ну, хорошо. Вспомни, с чего всё началось. Савойский дом и Орлеаны с Бурбонами извечно ненавидели друг друга. Когда я вчера вечером сорвалась в истерику, я тебе много чего наговорила, включая то, как я ненавижу итальянские Старые семьи. Так вот, Орлеанский дом я ненавижу больше, чем все Старые семьи, вместе взятые. У нас с ними хотя бы есть общие дела и интересы. Для орлеанцев же я – злейший и вечный враг, от которого нужно вовремя и, желательно, поскорее избавиться. Первый удар они нанесли, когда подкупили мою фрейлину и та выкрала то злосчастное мое письмо тебе и твою фотографию…

— Отчего же злосчастное? Это происшествие ускорило нашу свадьбу.

— Это так, но свадьба, так или иначе, все равно бы состоялась, ведь это был династический брак, важный обеим нашим державам. Но Орлеанам это не нравилось, у них, как ты знаешь, были на брак с тобой свои виды, ведь они планировали выдать за тебя замуж Изабеллу-младшую, ведь так?

Киваю.

— Так. Но у Изабеллы, по сравнению с тобой, не было никаких шансов.

Маша хмыкает.

— Конечно, ведь у тебя на союз с Италией были свои планы, а от близости с Францией и её навязчивой опеки ты хотел побыстрее избавиться. Но не суть. А суть в том, что союз с Россией был нужен и Италии, в том числе и Старым семьям, которых тяготила складывающаяся в Европе ситуация, ведь Италию всё больше оттирали на обочину в политическом и экономическом плане, а их самих всё больше оттирали в сторону молодые акулы, как ты выражаешься, беспредельщики, создавшие состояния в основном за счёт всякого рода спекуляций и мыслившие отнюдь не в масштабах столетий, а лишь сиюминутной выгодой. Так вот, Старые семьи, Черная и Белая знать, да и сам Ватикан (а иначе с чего бы мне так просто дали разрешение на переход в православие?) были заинтересованы в этом, как бы ты выразился, проекте «замужество принцессы Иоланды Савойской». Причем, если до перспективы нашего с тобой брака они жаждали еще больше унизить мою семью, фактически заставив моего отца выдать меня замуж за какого-нибудь графа, то в новой ситуации стратегия изменилась. Я им была нужна именно как жена русского императора. Чем я и пользовалась, учреждая всякие общества «Италия—Россия» и прочее. Так вот, когда фото и письмо было похищено и когда во французской прессе поднялась скандальная шумиха, в Орлеане рассчитывали дискредитировать меня, сделать пусть не токсичной, но весьма неоднозначной фигурой. Уверена, что это был только первый акт, наверняка у них было заготовлено не только это. Но что-то пошло не так. Точнее, всё для них пошло не так. Ты отреагировал хоть бурно, но однозначно, встав на мою сторону в этой истории. А Старые семьи, поняв опасность и разобравшись, откуда дует ветер, лишь сплотили свои ряды, быстро и жестко погасив газетную шумиху, и даже, наоборот, организовали целую пропагандистскую кампанию в прессе, всячески изображая меня с самой лучшей стороны. Насколько я знаю, маркиз делла Торретта передавал тебе послание из Рима о том, что элиты Италии поддерживают меня.