Книга Бунт и Империя, страница 94 – Владимир Бабкин

Мне много чего не хватало. Транспорта, например. У меня не десятки тысяч паровозов и пароходов. До сотни. И пропускная способность железных и речных путей не бесконечна, магко говоря. А ведь, ко всему прочему, мне нужно было перевозить всякую машинерию и припасы, не считая лошадей и гужевого транспорта, которые на сотни километров скакать не сильно любят, чтоб вот так — а-ля-у-лю-гони-гусей.

Гжатск. Он ближе к Москве и мне даже просто ближе к нему, чем Ивану. От Смоленска сюда надо было ещё дойти. И ещё не Московская губерния, что важно. Гжать — судоходна и весьма широка. Пришлось даже в паре мест срочно над ней Кулибинские сборные мосты возвести. Западнее километров пять до истоков Москвы-реки, чуть выше и она судоходна. Южнее к судоходной там уже Большой Гжати на версту примыкает Изверь — приток Угры. Путь веками проверенный. Надёжный. Смоленская дорога ведёт сюда от Вязьмы средь скрывающих истоки Днепра чащоб. Логистический центр. Вечное место битв и долгая граница Москвы и Литвы. Дед мой здесь погиб в сорок первом. Одна тысяча девятьсот… Павел Георгиевич Яковлев. Точнее Пауль Генрихович Якобсон. Сменил фамилию в одна тысяча девятьсот шестнадцатом… Наводчик бронепоезда «За Сталина!». Лежит в будущем, вот здесь, за рекой. В общей братской могиле.

И поэтому тоже Гжатск! Точнее Гжатская Пристань. Её дед здешний основал в один год с новой столицей. Чтобы её кормить. От Гжатской Пристани, на север и по тракту на Юхнов пикетами раскиданы конные полки. В Калуге скапливаются направлявшиеся ранее на фронт резервы и немногие приезжают «под штандарт Императора Петра» с Юга. Выдаем всех за ветеранов. Если бы Иван свернул у Вязьмы, то мы от Гжатска к Юхнову вместе бы почти пришли. Там не было у него шанса. На север дорога хуже, река контролируется нашими артпароходами. Часть гвардии и морской пехоты у Твери, с генерал-поручиком Анучиным. Тому Ивану я верю.

У Ивана, который Иоанн Антонович, же только Смоленская дорога. Кони, люди, телеги… Мои войска уже отдохнули и многое возвели. Его же силы маршируют с оглядкой на моих егерей. Так что ему не пройти. Не знаю на что он надеется.

Мы хорошо здесь оборудовались. Лютень-блокпост на самой дороге, проход сейчас фашинами и мешками с песком скоренько закрываем. Брустверы между двумя оврагами возвели. Реки нас прикрывают. КП вот на колокольне…

Противник приближался.

Станут ли генералы Ивана разворачивать свои порядки или ударят с марша? С них станется. С их бардаком их задача опрокинуть нас сходу. Да и моя воздушная разведка докладывает, что пушек у них ощутимо меньше, чем у нас. Так что их задача обрушиться на наши порядки, не давая навести батареи. Тогда они могут надеяться что на плечах моей пехоты и на артиллеристов моих зайдут.

Здесь мы сильны. Севернее нас до Овсянки прикрывает природа. А там на Сычёвском тракте тоже стоят наши заслоны. Лютень пока там слабенький, но тоже с ходу не пройдут. Есть у меня опасения… Не всё мы успели. Но у Гжатска большой резерв с генерал-лейтенантом Еропкиным стоит. Московским наместником. В нем я тоже уверен. Лично. Но не во всей, так задаренной мной старой столице.

Мы ждали Ивана дня через три. Часть наших войск ещё на подходе, часть с пароходов не разгрузилась. Но Солнце ещё высоко, хоть и за тучами. Так что по мере боя успеем все в кулак свести.