Онлайн книга «Рывок в будущее»
|
Я в России с 1742 года. С четвертого февраля. Сейчас 1753-й. Одиннадцать лет я примечал таких людей. Кому-то помогал, как мог, а мог не всем. Кейту вот с принятием его братом русского подданства помог и тем от отъезда в Пруссию удержал. Миниха же вернуть раньше я не мог из ссылки, впрочем, ему пока на Урале дело есть. Тот же Бецкой еще едет из изгнания в Париж. И много других. Кто-то уже получил помилование и вызов в Петербург и в Россию, по ком-то списки составляются. Моя память не столь бесконечна, как хотелось бы. Я не историк. Но у меня есть хоть какое-то образование. Я что-то помню. Что-то не помню. Что-то и не знал никогда. Потому десять лет я собирал по крупинкам все, что только возможно. По золотым крупинкам. Тот же Иван Кулибин учится сейчас в университете и получает классическое академическое образование с усиленным дополнением по техническим наукам. Не сопромат, конечно, но предки тоже умели строить механизмы и сооружения. Их мосты и гигантские соборы как-то не всегда падали. У того же молодого Михаила Соймонова прекрасно со сталью и паром получается. А я его имени и не знал. А его отец, порекомендованный мне в антарктическую экспедицию Андреем Ивановичем Ушаковым, сейчас с Полянским приводит в чувства Адмиралтейств-коллегию. Я стал очень много внимания уделять безопасности. И своей, и семьи. Не то, чтобы прямо паранойя, но не без этого. Как говорят в моем народе: на молоке обожжешься – на воду дуть станешь. Охрана меня, семьи, наших мест обитания, путей следования и прочего была усилена до небывалых, по здешним понятиям, мер. Тут уж я вспомнил и опыт бомбистов следующего века, и двадцатого, и двадцать первого тоже вкупе. Дронов-убийц тут, конечно, нет, но голь на выдумку хитра. Короче говоря, гулять в Петербурге по улицам под ручку с женой я больше не буду. Пока непосредственную охрану высочайшей семьи обеспечивает команда Бастиана, месяц как голштинского риттера и моего обер-егермейстера. Да, я был готов при случае сам свергнуть Матушку, но я решительно против покушений на царственных особ. Это очень-очень плохая идея. Не потому, что мне себя жалко (и это тоже), а потому, что игры такого уровня шахмат требуют прогнозируемости и адекватности игроков. Если будет все время чехарда за игровым столом, очень быстро дойдет до отмены всяких правил и ограничений, а швыряние друг в друга шахматными фигурами всегда заканчивается местным апокалипсисом. Кто взорвал Елизавету Первую? Я не знаю. Определенные мысли есть, конечно. Но тот, кто отдал приказ – явно не монарх. Уровень ниже. Не сильно, но ниже. Может быть, эффект исполнителя? Может. Я бы так приоритетно и думал, если бы не операция с захватом башни телеграфа. Тут сложная очень игра, требующая подготовки, персонала и тонкой координации. Может, императрицу взрывать и не планировали на самом деле, но нашелся исполнитель, имеющий интерес и счеты. Где Иван Антонович? Хотел бы я знать. Не то, чтобы это как-то влияло на ситуацию, но не чужой же пацан. А пока тихий семейный вечер. Много у нас детей. Младшие рисуют карандашами. Цесаревич солдатиков, младший Лешка – кошку. Старшая их сестра Таша играет в куклы с Елизаветой Антоновной. Та среди них старшая, но еще ребенок. Наша Катя уже почти взрослая. Степенно наливает себе чаю и добавляет мед. Берет книгу. Лиза всячески тянется к старшей сестре, но пока не умеет понимать ее. Научится. Катерина терпелива. Да и мы с Линой поможем. |