Книга Золотая клетка, страница 93 – Юй Сы

— Ты снова пришел! – воскликнула она, завидев молодого человека в дверях. Стояла поздняя весна – цвела магнолия и другие растения, и весь дворик резиденции Четвертой принцессы утопал в цветах. Мин Сянь склонилась в беседке над столом, рисуя ветку магнолии прямо перед собой. Она радостно улыбнулась старому другу, который был одет в темно-синий халат с тонкими серебристыми узорами.

— Ваше Высочество. – Лицо Шан Юя осветила мягкая улыбка. Годы с их знакомства сделали их самыми близкими друзьями, а после смерти Второго брата Шан Юй так и вовсе стал единственной связью Мин Сянь с реальностью. Несмотря на то что при дворе Мин Сянь иногда ругали за неподобающе близкие отношения с молодым человеком, слухи об этом никогда до нее не доходили. Вернее, им не давали дойти.

Улыбающееся лицо Шан Юя всегда, всегда смотрело на Четвертую принцессу. Мин Сянь не помнила, чтобы когда-нибудь Шан Юй хмурился или злился на нее, и это немало утешало ее.

После смерти брата она долгое время печалилась, и частые визиты молодого господина Шана стали для нее большой поддержкой. Она даже стала испытывать что-то вроде нежности к своему другу – благодарность за его присутствие.

— Почему снова пришел? Ты только вчера был, я еще не успела закончить рисунок для тебя, – нахмурилась Мин Сянь, но ее упрек был притворством – она была рада, что Шан Юй навестил ее.

— Я всего лишь хотел напроситься на обед к Вашему Высочеству, – рассмеялся Шан Юй. – Я все утро провел в кабинете императора и очень проголодался.

Шан Юй всегда называл ее «Ваше Высочество», никогда не отступая от этикета.

— Неужто поместье советника Шана настолько обеднело? – расхохоталась Мин Сянь, и ее смех – чистый, светлый – словно защекотал нутро Шан Юя. Он присел на скамейку рядом с принцессой, разглядывая ее рисунок. – Не смотри, пока не закончено.

Советник послушно отвернулся от бумаги, уставившись в лицо принцессе. Рисунок сам по себе ему не был интересен – все стены и поверхности его поместья были заполнены рисунками Четвертой принцессы, которые та щедрой рукой дарила ему. Слуги в его поместье частенько жаловались друг другу, что резиденция советника Шана похожа на сокровищницу имени Мин Сянь. Четвертая принцесса об этом не знала – отдавая рисунок, она тут же забывала о нем и, наверное, полагала, что Шан Юй их просто выбрасывает или хранит в свернутом виде где-нибудь в кладовой. Она бы сильно удивилась и смутилась, узнав, что все – абсолютно все – ее рисунки находили себе место в чужом доме.

Шан Юй рассматривал тонкие черты лица, бледную, почти прозрачную кожу, темные прекрасные глаза и изящную линию подбородка. Он не помнил, когда его отношение к Четвертой принцессе поменялось, может быть, оно всегда было таким. Сосредоточенная Мин Сянь только спустя какое-то время заметила, что Шан Юй смотрит на нее, и неизвестно почему смутилась.

— Эй, кто-нибудь, прикажите добавить к обеду любимые блюда советника! – крикнула она, и служанка торопливо отправилась исполнять приказ. Принцесса вздохнула – на улице было жарко, и она свободной рукой смахнула пот со лба, не зная, что этим оставляет черный след на щеке из-за того, что ранее измазала рукав в туши. Шан Юй, не отрывающий от нее глаз, хмыкнул.

— Что? – спросила Мин Сянь непонимающе, переводя на него взгляд.