Книга Золотая клетка, страница 164 – Юй Сы

Под смех Мин Сянь они вышли из покоев. Пир был ужасно скучным, как и все пиры до него, когда приходится сидеть рядом с людьми, которых не слишком любишь и которым абсолютно не доверяешь. Мин Сянь была бы счастлива поболтать с императором и Ши Гуанем наедине, но, к сожалению, для чиновников приезд Его Величества был самым значимым событием последних лет десяти. Бесконечно звучали тосты за здравие и долгую жизнь императора, попытки пожаловаться на нелегкую судьбу и бесконечные – и нуднейшие – рассказы о том, как то плохо, то хорошо живется в Вэньчжоу.

Мин Сянь сидела в одиночестве по левую руку от императора, пытаясь побороть зевоту и потягивая вино. Иногда она переглядывалась с императором, который еле сдерживал хихиканье из-за какого-нибудь старого чиновника, рассказывающего про приезд очередной легендарной личности в Вэньчжоу. Ей было неимоверно скучно и, что ж греха таить, немного одиноко. Она не видела Шан Юя уже несколько дней, и это был самый долгий срок, на который они разлучались за последние два года.

Только когда разговор зашел об Императорской академии Цилинь, Цюйцинь оживилась и принялась с жаром рассказывать, что на завтра назначены вступительные экзамены, где она сама планирует отобрать и несколько личных учеников.

— Тетушка следует своей мечте пополнить ряды величайших художников Нашей империи, – с усмешкой сказал молодой император.

— Что вы, Ваше Величество, – от неожиданности та даже закашлялась. – Эта подданная лишь хочет, чтобы империя процветала, а искусство – неотъемлемая часть культурной жизни любой страны.

— Что верно, то верно, – кивнул Цзи Хэ. – Что ж, посмотрим, какие дарования приехали в Вэньчжоу для поступления в Академию Цилинь.

Мин Сянь согласно кивнула. Она отставила вино, осознав, что выпила уже слишком много.

Когда все посетители наконец разошлись и она проводила императора до покоев и вернулась в свою комнату, Цюйцинь устало повалилась на кровать, чувствуя себя совершенно без сил. Она даже не разделась – уснула прямо так, уткнувшись в подушку, которая все еще пахла Сюином.

Мин Сянь и император сидели на деревянном возвышении во дворе Академии: император посередине, сбоку от него в кресле старшая принцесса, с другой стороны – Ши Гуань в своей неизменной маске. Перед каждым стоял небольшой столик, на котором были фрукты и холодное вино, а над головами их раскинулся навес от солнца. Благодаря этому им было не слишком жарко.

Перед помостом на большом пространстве расставили столы, над которыми склонились кандидаты в ученики Академии Цилинь. На каждом столе лежали кисти, бумага и тушь. Задание у всех было одно – изобразить строчку из стихотворения, и у всех строчки были разные. Мин Сянь сама лично отбирала стихи и теперь предвкушала, что же она увидит.

— Интересный вступительный экзамен, – сказал ей Цзи Хэ, просматривая список стихотворений. – Но не слишком ли сложно? Чтобы выполнить это задание, нужно не только уметь рисовать, но и обладать талантом к поэзии, чтобы правильно трактовать слова великих.

— Ваша подданная хотела, чтобы будущие ученики Академии были не только одарены художественно, но и обладали широким кругозором и разбирались в трактатах, – отозвалась Мин Сянь.

— Так вы выращиваете будущих чиновников для столицы, – хихикнул Цзи Хэ. Несмотря на юный возраст, он был очень проницателен.