Онлайн книга «Улыбайтесь - вы в Египте!»
|
Ланка-ромашка! В сарафанчике! Еще б кокошник на голову — и все, перед вами — русская крестьянка Маша, яростный борец с рабством. Про наряд Милки вообще молчу. Где она эту юбку отрыла? У мамы в шкафу? И очки лучше бы не одевала, все равно сломаны. М-д-а-а… Ансамбль… Но это к лучшему: все внимание будет приковано ко мне. Так, дорогая Нонна, игры в меру, основной упор — на богатый интеллект!» Она скосила глаза на свое отражение в большом зеркале приемной и расправила плечи: «Права была мама: я — просто красавица! Красавица! Красавица!..» «…Как тут люди живут, а? Закуси нет… Напитка завтрашнего дня, то бишь солененького, прохладного рассола тоже нет… На улице — пекло… — жаловалась сама себе Ирина. — И вообще зачем мы организованным красивым стадом приперлись? Нонка за главную, вот пусть бы и разбиралась, чего менеджеру надо. В плюшевый костюм вырядилась, красавица… Интересно, ей не жарко? Добры молодцы, работающие по профессии «подай-принеси-пошел-вон» при входе в отель, как раз в униформу такого же фасончика одеты. Восточный стиль! Нонка в своем туалете от маминого кутюр очень удачно туда бы вписалась… Милка и Ланка хоть и вырядились как подружки с завалинки села Тутуновка, зато по погоде, а мы с Нонкой точно мозги проспиртовали, забыли, что в Африке находимся, а не у чукчи в чуме…» Страдающая взглянула в зеркало: «Тьфу! Алконавты! На морде — макияж «Утро пчеловода» и руки чего-то трясет…» В очередной раз пришла мысль бросить пить, но, не поддаваясь упадническим настроениям, Иринка прогнала «предательницу»: «Мало ли отчего руки трясет! От любви к искусству!» «…Ой! Ну почему я такая недотепа?! Надо было в своем парадно-выходном новогоднем платье пойти! — переживала Мила. — Вон какие Нонка с Иринкой представительные, Ланка — очаровашка, а я как мухомор в этой маминой юбке! «Красное в белый горох — это классика!» — передразнила она мать. — Может, девчонки чего поносить дадут в следующий раз? Ланка не должна отказать!» Мила судорожно затрясла подол сарафанчика: — Слышь, я тут подумала… Но Лана, казалось, не замечала ничего вокруг и стояла, вперившись взглядом в окно, где вдалеке плескалось лазурное море. — Ты чего? Ушла в себя, забыла выйти? — почти обиделась Милка. Подруга мечтательно отозвалась: — Боюсь, что не успею… — Выйти не успеешь? — На море загорать! У нас то перелет через горы и океаны, то переезд через пол-Африки, то пьянка, то собрание… — раскочегарилась Ланка, но договорить не успела: их, наконец, пригласили войти. На правах главного пасечника Нонна шумно выдохнула, обвела подчиненных строгим косым взглядом и напутствовала: — Всем вести себя скромно и не-за-мет-но! СКАЗАНИЕ О НЕВЕДОМЫХ УРОВНЯХ И НЕВИДАННЫХ КРИТЕРИЯХ — …Правила нашего отеля одинаковы для всех и каждого. Мы — одна команда. Любой из нас делает все, на что он способен, чтобы репутация «Солнечного берега» оставалась безупречной. Вы вливаетесь в наш коллектив… — генеральный менеджер оказался таким монотонным болтуном, что через пятнадцать минут его сольного выступления Нонне пришлось бороться с резко навалившейся сонливостью. Она таращила глаза, кивала головой, изо всех сил пыталась как-то встряхнуться и не пасть в глазах генерального, банально захрапев, развалившись в удобном кресле. Он же ходил по офису, бубнил, словно заведенный, и, в принципе, ничего не спрашивал, то есть поддерживать разговор не требовал. Ему и так было хорошо. Нонна давно слышала его «бу-бу-бу» уже издалека, полностью уйдя в себя… |