Онлайн книга «Территория нелюбви»
|
— Но мама, когда с Вами встретилась, вела себя так, будто вы только познакомились… Разве она Вас не узнала? «Сука! Она бы вела себя так же, будь я даже одноглазым и хромым карликом! Потому что именно в тот день, полтора года назад, мы и познакомились», — подумал Павел, но подобный ответ вряд ли способен был сделать ситуацию более понятной. — Скорее всего, не узнала, — охотно согласился он. — Лет-то уже сколько прошло! Тогда я был ещё стройным и кучерявым мальчишкой. Но, как видишь, годы меня не пощадили — постарел, потолстел, облысел… Павел широко улыбнулся, отвлекая Айку и сводя разговор к шутке, и напоролся на изысканный комплимент: — А знаете, я видела Ваши фотографии — мне Люся показывала. И лично я бы узнала Вас даже таким — старым, лысым и толстым. Почему Вы мне врёте, Пал Ильич? Получил, придурок? — Тебе я говорю только правду, — продолжая улыбаться и костеря себя за идиотизм, он приложил руку к сердцу. — И когда сказали, что я отвратительно танцую? — сориентировалась эта хитрюга. — Это была наглая ложь, ты замечательно танцуешь! — Мне бы ещё научиться так же замечательно припудривать мозг, как это делаете Вы. Почему мама Вас не узнала? Это же бред какой-то! А Вы сами-то её вспомнили? — Не сразу… прости, — покаялся Павел и подсластил признание: — С годами твоя мама расцвела. Так и есть — сучизм в этой вывернутой бабе распёрло буйным цветом. Но как?! Как такая беспринципная, похотливая и алчная тварь в уродливом тандеме с напрочь отбитым чёртом смогли сотворить это невероятное чудо?.. Которое оба не заслужили… Айка смотрит на него недоверчиво и обнимает себя за плечи, отстраняясь… закрываясь… И как же сложно, оставаясь честным, уберечь её от новой боли и разочарования. Не испугать, не потерять эту тонкую нить доверия. — Прости, малышка… Я бы очень хотел сказать тебе, что любил твою маму и желал от неё ребёнка… — Я не настолько наивная дурочка, Пал Ильич, и всё понимаю. Но я ведь спросила Вас о другом. — Это была случайная связь, — признал очевидное Павел и тут же соврал: — Я не помню подробностей… Да их просто невозможно забыть! — Похоже, Вы с мамой оба были не в себе, — грустно усмехнулась Айка. — Вы познакомились в Киеве, да? Ой… то есть встретились… ну, тогда… — Нет, здесь, в Воронцовске. — А как же… Бабаня ведь говорила, что мама не приезжала к ней… — Ну, как минимум, один раз она точно была здесь. В начале зимы. Айка будто и не услышала Павла. Ещё крепче обхватив свои плечики, она уставилась невидящим взглядом в окно, озадаченно хмуря лоб и не реагируя на оклик. И когда встревоженный Павел уже протянул к ней руки, чтобы осторожно встряхнуть, она вскинула на него полный смятения взгляд и сипло спросила: — Но Вы… точно уверены, что я… Ваша?.. Он мог бы сказать, что есть результаты экспертизы, мог бы снова показать фото… Но в горле застрял тяжёлый ком, а чёрные глаза-агаты в ожидании ответа заглядывают в самую душу. Павел лишь молча кивнул. — И я правда нужна Вам? «Очень!» — вопило всё его нутро, а ком в горле разбух, не выпуская нужные слова. И он снова кивнул, будто тупой болванчик. — И Вы… — её тонкие пальчики напряглись, впиваясь в предплечья, — Вы потом не передумаете? Павлу хотелось выть, рычать и побиться чугунной башкой о стену. До боли в мышцах он сжал кулаки, удерживая себя от нестерпимого желания притянуть… сграбастать в охапку свою девочку, прижать к сердцу и баюкать её всю ночь. Целовать и гладить её шелковистые волосы и шептать в нежное ушко, как сильно она нужна ему… его маленькая Айка, неожиданно разбудившая в нём, очерствевшем цинике, щемящую всепоглощающую нежность. Он был уверен, что подобные эмоции умерли в нём слишком давно… растаяли вместе с мамой… |