Книга Фиаско Красной Шапочки, страница 6 – Елена Логунова

Ту оповестила тетя Ида, позвонив, как я поняла, одному из генералов, что в бытность свою лейтенантами по роду службы имели отношение к КБ, которым она руководила. О той своей ответственной работе тетушка повествует крайне скупо, но, если вдруг вы попросите ее рассказать, чем «Фокстрот» отличается от «Танго», а «Пиранья» от «Макрели», не удивляйтесь, услышав профессионально подробный рассказ не о танцах и рыбках, а о конструктивных особенностях легендарных советских подводных лодок.

— Ты мало что пропустила, — успокоила я подругу. — Позвонила тебе сразу, как только Боря выловил тело.

— А надо было звонить сразу, как только твоя тетя увидела шляпу в болоте!

— Будь оно неладно. — Я попыталась сместить акцент, обвинив в происходящем злосчастные топи. — Пожалуй, это худшая прогулка по болотам после той, на которой Холмс и Ватсон встретили собаку Баскервилей!

— Да, точно, они же тоже неудачно погуляли по болотам! — Ирка неожиданно повеселела, потерла ладони и развернулась на лавочке так, чтобы видеть удочку и все, что с ней рядом. До этого момента мы обе старались смотреть в другую сторону. — Значит, так тому и быть. Расследуем это дело!

— Нет у нас тут никакого дела!

— Ошибаешься! Как всегда говорит наш друг полковник Лазарчук? «Нет тела — нет дела». Значит, правильно будет и наоборот: «Есть тело — есть дело». — Ирка достала из кармана смартфон. — Кстати, о полковнике… Он же еще не спит в этот час, как ты думаешь?

Я думала слишком медленно и не успела ее остановить.

— Привет, привет, Сереженька! — заворковала подруга в трубку, поразительно быстро дозвонившись. Не иначе, наш друг Лазарчук все-таки уже спал и, расслабившись, не посмотрел, кто его вызывает. — Как поживаешь? Привет тебе от Ленки. Мы с ней гуляем этой прекрасной белой ночью по болоту и вспоминаем о тебе.

— Почему это? — с нескрываемым подозрением поинтересовался хриплый спросонья голос в трубке. — Где я, а где белые ночи, не говоря уж о болотах…

— Страшно далеки вы друг от друга, — посетовала Ирка, — а жаль! Ты бы нам тут сейчас очень пригодился.

— Для чего это?

— Как минимум для консультации. Вот скажи, мы же правильно поступили, что удержали тело от погружения обратно в трясину? — В голосе нашей подруги послышалось легкое беспокойство.

— Что-что вы сделали?! — Беспокойство в голосе нашего друга сделалось крайне тяжелым.

— Дай мне. — Пока Ирка подбирала слова, я отняла у нее смартфон. — Привет, Серый. У нас тут небольшое ЧП. Ну, как небольшое? — Я покосилась на туго натянутую леску. — Килограммов на семьдесят, наверное. Мы, видишь ли, случайно — я подчеркиваю: абсолютно непредумышленно! — выловили из болота, как бы это помягче сказать, неживого человека.

— Попросту говоря, труп. — Подруга одним разом вернула себе аппарат, апломб и право слова.

— Чей? — Судя по скрипу, полковник выбрался из кровати. Расхотелось ему спать.

— Без понятия! Мы его не рассматривали, не больно-то хочется. — Ирка поежилась. — Но разошлись во мнениях относительно того, что с ним делать.

— А были варианты? — В трубке звякнуло и забулькало. Не иначе, полковник налил себе чего-то для укрепления нервов.

— Ну, Боря предлагал утопить его обратно, для этого достаточно было снять тело с удочки, трясина прекрасно засосала бы его снова. Но остальные решили, что это будет неправильно, второй раз его тут фиг найдут, даже если мы покажем примерное место, — обстоятельно объяснила Ирка. — Это знаешь какое болото? Заповедное! Крупнейший заказник Санкт-Петербурга — площадью 1877 гектаров! — Она повернулась к стенду и стала беззастенчиво считывать с него информацию, все больше воодушевляясь: — Один из редких природных объектов, практически не затронутых человеческим воздействием! Сестрорецкое болото никогда не подвергалось осушению, и самые древние его участки существуют без изменения уже восемь тысяч лет!