Книга Уйдём в предрассветный туман. Солнечный круг. Книга первая, страница 25 – Александр Феликсович Каменецкий

— Но почему?

— Как ты не понимаешь. Мне стыдно воровать. Да, стыдно. Но взять деньги у тебя я не могу. Если возьму сегодня, значит возьму и завтра. Ты не можешь кормить меня, пока я не вырасту, а я не могу жить за твой счёт. Я мужчина.

— Ох уж эти ваши мужские штучки, – очень серьёзно сказала Линда, на её ресницах блестели слезы – ты упрямый, как мой папа.

— Мне действительно лучше уйти.

— Хорошо, Малыш. Но сначала дай мне одно обещание.

— Какое?

— Пообещай, что придёшь в гости ещё раз. Когда сможешь.

Линда смотрела Малышу прямо в глаза. Он глаза отвёл и буркнул – хорошо. Потом поднял глаза и, глядя на Линду твёрдо, сказал: – обещаю.

Малыш, начав свою историю борясь с самим собой, к середине разошёлся и рассказывал, ничего не скрывая и не смягчая слов, но тут задумался и опять надолго замолчал.

Максим, слушавший до этого не перебивая, решился на реплику: – Это хорошая история. Почему ты так ругаешь себя за неё?

— А она ещё не закончена. Ты не видишь, но ещё в самом начале я сделал свой выбор. Неправильный выбор, но изменить его уже нельзя.

Малыш опустил голову и продолжил свой рассказ.

Покинув дом судьи, Малыш, не спеша, прячась от внимания вечерних патрулей, пробрался в старый район. Настроение его было странным. Встреча с Линдой радовала его (пусть даже её отец судья), но задание он не выполнил, и более того, не собирался, просто не мог выполнить. Да лучше он умрёт с голоду, чем будет теперь заниматься подобными делами.

Малыш добрался до дому. Конрад чинил свой костыль, намазал клеем резиновую набойку, аккуратно приложил на место и крепко прижал.

— На кухне есть варёная картошка, пойди, поешь.

— Спасибо, Конрад, лучше съешь её сам, я знаю, ты не ел сегодня ничего. А я уже поел. Малыш сел рядом с Конрадом, прижался к его плечу.

— Знает он! Я уже поужинал и это твоя половина.

— Нет, правда, Конрад я ел и не хочу больше, а если оставишь – испортится.

— Где это ты ел? – подозрительно спросил Конрад. – Опять стащил чего-нибудь? Голос Конрада стал тихим и ласковым:

— Послушай, Малыш, даже если тебя не поймали, кража губит тебя. Мы можем с тобой жить без всего этого. Ну, пожалуйста, я прошу тебя.

— Я сегодня опять встречался с судьёй.

Лицо Конрада побелело, он выронил костыль, Малыш быстро его подобрал.

— Да всё в порядке, честно, не переживай.

В этот момент дверь открылась от удара ногой, и в дом вошёл один из подручных Белоглазого по кличке Гвоздь. Прозвали его так за то, что таскал он всегда с собой большущий острозаточенный гвоздь, который использовал при грабеже и разбое вместо ножа.

— Эй, ты, – Гвоздь посмотрел на мальчика, – выйди, базар есть.

Конрад встал, но незваный гость развернулся и покинул дом.

— Что у тебя с ним за дела? – Конрад в сердцах стукнул костылём об пол, ещё не присохшая набойка отлетела в сторону.

— Конрад, пожалуйста, не сердись. Я больше не буду иметь с ним никаких дел. Я ему так сейчас и скажу. Поверь мне.

И Малыш вышел из дому, оставив Конрада печально качать головой. На улице было совсем темно, и мальчик не сразу разглядел, стоявших за углом бандитов во главе с Гвоздём. Он нехотя приблизился ко взрослым.

— Ну, ты нашёл чего-нибудь?

— Нет.

— Ой, мне кажется, ты не стараешься, – Гвоздь говорил, противно растягивая слова, и Малыша передёрнуло от отвращения. Гвоздь усмехнулся, приняв это за проявление страха. – Ты что же, хочешь меня подвести?