Книга Калинов мост, страница 87 – Александр Феликсович Каменецкий

Добромысл объяснял сбивчиво, но суть я, кажется, уловил. Только это всё теория, а делать то что? Я поторопил волхва:

— Что теперь будет? Как можно остановить Чудо-Юдо? Его же можно остановить?

— Остановить? От чёрного огня не поможет даже вода. Чудовище спалит всё живое в округе. Возле моей избушки на полверсты мы пока в безопасности, но это ненадолго. Чудо-Юдо можно убить. После того как оно выползло на мост и обрело подобие плоти, оно стало уязвимым. Но сделать это трудно, весьма трудно.

— Но кто может его убить? Богатырь?

— Богатырь, – пожал плечами старый кудесник. – Не каждый богатырь отважится выйти против этакого чудовища. И будет прав, ибо дело сие почти немыслимое. Но если ему удастся с помощью богов одолеть чудище обло^[34], то следом прибудет другое. Духи обретают плоть. Путь открыт!

— А если его закрыть?

— Закрыть? Как?! Хотя… – волхв, задумался. – Если тот, кто перешёл мост вернётся по нему в Навь, пройдёт по мосту вспять, печать возможно восстановится.

— Возможно?

— Кто может знать? Небывалое дело.

— А Перун? Он должен знать? Он может помочь? Или боги ни во что не вмешиваются? Толку от них никакого?!

— Не смей! – голос старика стал холодным и острым, как отточенная сталь. – Не смей оскорблять моего повелителя в моём присутствии!

— Простите, – я потупил глаза. Нехорошо получилось. Старик меня приютил, накормил, рассказывает, ничего не скрывая, а я его обидел.

— Ты, я вижу, не чтишь Перуна? Кого среди богов почитаешь? Кому главенство отдаёшь?

— Я… – я хотел было по привычке сказать, что в богов не верю, что всё это сказки для простаков, да прикусил язык. Ну какие же сказки? Ты же с ними встречался. Хотя всё равно сказки. Только сказки уж больно реальные и страшные. Вон эти сказки прямо вокруг меня, от них люди гибнут. Я сунул руку за спину и нащупал нож, он был всё ещё там. Я молча показал волхву резную рукоятку со скалящимся медведем.

— Велес?! – полувопросительно-полуутвердительно покачал головой Добромысл. Он потянулся к ножу, но, не донеся ладонь нескольких сантиметров, вдруг отдёрнул руку. – Не простой ты отрок, это я сразу узрел, но не понял, в какой мере. Такой нож не любому в руки взять можно. Выходит, Велес. Мудрый и загадочный, – старик бормотал в задумчивости. – Чаял позвать тебя в ученики, но, видимо, Макошь по-другому сплела.

И этот туда же. Как они в судьбу верят, будто всё происходит, как Макошь свою пряжу сплела, а каждая нить – чья-то жизнь. Я так много чудес увидел за последнее время, но в это не верю. Я сам решаю, куда идти, что делать. Пойти через Калинов мост или на той стороне остаться – только я сам решал, никакая Макошь мне не подсказывала. А лучше б подсказала не ходить, иначе вон дрянь какая вышла. Хотя, о чём это я? Разве бы я кого-то послушал?! Кот же меня отговаривал самым явным образом. Знал чёрный мерзавец, что получится, только рассказать мне никак не мог. А без подробностей тебе не ясно было? Видел же, как кот старался меня не пустить, про коварство Мораны рассказывал. Ты прислушался к его советам? Нет. Ну я же не знал, что тут такая беда случиться! И ведь не обманули, для меня переход через реку Смородину безопасным оказался. Для меня! А для остальных? А про других людей ты даже вопроса никому не задал, ты даже не думал ни о ком, кроме себя. Эгоист. Но разве я мог подумать?! Из людей я был один-одинёшенек и всего-то, что собирался сделать – перейти реку по мосту. Кто бы на моём месте задал вопрос, а не причинит ли это вред другим людям? А не выпустит ли это в мир огромную мерзкую огнедышащую жабу, которая пожжёт все окрестные деревни? Ну кто бы спросил об этом?!