Книга Индивидуум, страница 196 – Полина Граф

— А Центрум? Он внутри Древа?

— Под ним. Среди корней.

Сириус обернулся к протекторам и заносчиво заявил, оглядев каждого:

— От грядущей встречи зависит судьба жизни на Терре. Кто-то скажет, что она уже предрешена, но есть шанс на благосклонное решение инквизиторов. Запомните, вы должны молчать. Здесь каждое слово может переломить ход событий. Даже если вам очень захочется объяснить свою точку зрения, лучше запечатайте уста. Инквизиторов это не проймет. Их не продавит ни жалость, ни доводы о миллиардах душ приземленных.

— Тогда что же их волнует? — хмуро спросил Максимус.

— Здравие Света, конечно же. И его будущее. В котором вам, возможно, места больше не найдется. Если все обернется так, то вы примете вашу судьбу без нареканий. — Сириус нервно потупил взор. — В любом случае выбора у вас не будет.

— Воодушевляюще, блин, — буркнул Стеф.

Никто его недовольство не поддержал. Даже Дан. После того как он едва не пристрелил Тисуса, Стеф предпочитал его не трогать. Волк в последнее время выглядел так, что это казалось правильным решением. Макс, Сара и Коул тоже смотрелись как жертвы душевных травм. Ханна слишком спокойная для бунта, Фри растерялась, а Рамона, видно, предпочла держать рот на замке чисто из принципа. Скорее всего, Паскаль мог бы вставить свое веское поганое словцо, да вот только его оставили следить за Соларумом. Стефан впервые жалел, что его не было рядом, — он испытывал к Скорпиону практически нежные братские чувства, когда при появлении общего врага им удавалось вместе его поносить.

А в итоге Стеф чувствовал, что остался единственным несогласным с происходящим, закипающим от предчувствия мерзости заоблачных натур. Таких надменных и холодных, которым плевать на приземленных. Эти черти приперлись решать судьбу Земли, словно она являлась их собственностью.

Стефан понял, что соврал Фри. Ничем хорошим это закончиться не могло.

* * *

Ранее в Доме Терры я, естественно, не бывал, а потому с удивлением смотрел на его тяжелую архитектуру с хрупкими стеклянными куполами. Он примыкал прямо к титаническому стволу Древа. Стены — лишь условности, их испещряли корни размером с многоэтажку. Дом порос лесом. Температура над куполом была намного ниже нуля, но внутри оказалось тепло, здесь цвели и пахли черные деревья с фиолетовым отблеском в ветвях. Дом Терры из белого камня гармонично и величественно расположился среди природных пейзажей, словно единое целое с ними. На Лунный Дом совсем не похоже, здесь чувствовалась жизнь — в каждом окне и знамени Света. Откуда-то даже насвистывали птицы.

Сириус приказал нам ждать в коридорах, пока Коула представят прибывшим эквилибрумам как нашего Смотрителя. После долгих уговоров он разрешил Рамоне и Ханне последовать за ним — те пообещали, что не дадут ему свалиться прямо перед Альдебараном.

В итоге мы остались впятером.

— Не знаю, как вы, — взял слово Стефан, закуривая, — а мне интересно, как наш чумной будет говорить перед высшими силами Вселенной в таком состоянии. Лучшая репрезентация здоровья зараженной планеты.

— Язык бы тебе оторвать, — бросила ему Сара.

— Уже не раз пытались. Однажды даже успешно.

Вздохнув, я отошел к просторному открытому окну, с которого прекрасно виднелся пирс. Там стояли четыре ладьи — одна темная, три светлые. С одной из них как раз спускалось несколько эквилибрумов. Я склонил голову к плечу, разглядывая их. Тянущаяся позади пара — какие-то блеклые, словно пыль или разводы на стекле, такие серые и незапоминающиеся. Будто слуги, хотя я не помнил, чтобы они были эквилибрумам свойственны. А впереди бодрой походкой шествовал звезда желтого спектра. Ветер трепал его темный грубый плащ. Эквилибрум обернулся к своей свите и затем поднял голову к Дому Терры, тогда я отметил, что глаза его сияли белым. На пару секунд мне даже показалось, что он замер, разглядывая нас.