Книга Доминум, страница 78 – Полина Граф

Стеф помрачнел, но ничего не ответил.

Дан гордо выпрямился, взяв при этом чашку, и обратился к своему бывшему подопечному:

— Брось, нужно уметь принимать поражение по-джентльменски. Мы же здесь только ради игры, а не победы. Кстати, – обратился он к тасовавшему карты Коулу, – Пабло был твоим учеником, и из него вышел неплохой техник, но зато как я своего-то воспитал! Давай, Стеф, покажи себя.

— Пшел на хрен, – лаконично показал себя тот.

— Какой ты, однако, неинициативный, Стефан, – нахохлился Дан, отпивая из чашки.

Коул начал раздавать карты. Делал он это по-прежнему в одной перчатке, и ловкость его рук вызывала восхищение. Я не сразу обратил внимание, что Змееносец раздает и на меня.

— Эй, погоди, я не хочу играть!

— Но будешь. Я же тебя пригласил.

Я немного замялся.

— Мне думалось, ты решишь меня наказать.

— А я это и делаю, – заверил тот, закатывая рукава рубашки. На левой руке у него обнаружился крупный шрам от ожога. – Ты получишь моральное унижение, когда проиграешь.

— Но… но как же реальное наказание? Я пошел туда, подставил всех, ослушался твоих прямых приказов!

Я всмотрелся в Змееносца: худое лицо, зачесанные назад черные волосы, немного крючковатый нос, родинка на левом виске. Аристократично бледный. Телосложением больше напоминал цаплю или аиста, пускай и достаточно матерого. Молодой, но при этом такой старый… Коул печально натянул уголок рта, с отстраненным сочувствием посмотрев на меня.

— Тебя там уже наказали. Причем сполна. А вот Стефан и Дан пойдут служить на север.

— Эй! – возмутились они в один голос.

Меня снова пробрала сильнейшая дрожь, когда в голове вспыхнули воспоминания о метеороидах.

— Это какая-то жесть, – качнул головой Пабло, потирая светлые полоски шрамов на лбу. – Испытать такое… Врагу не пожелаю.

— Какие вы неженки, – произнес Стеф. – Если тебе ничего ни разу не оторвали, то ты, считай, и не работал тут. Я одних пальцев лишался раз десять.

Коул сделал первую ставку и с иронией произнес:

— Это не из-за сплитов, а потому что ты показываешь не те жесты не тем протекторам.

— Тем-тем. Как раз поэтому и показывал. Вообще ни о чем не жалею.

Очередь дошла до меня.

— Мне и ставить-то нечего, – признался я.

— А надо, – настоял Стеф.

Дан неожиданно выложил на стол мой синий блокнот. Должно быть, стянул из Манипуляционной.

— Эй, это мое!

— Вот именно, – согласился протектор. – Тут же твои воспоминания? И ты ставишь их на кон. Буду читать твои секреты на досуге.

Я подавил едкое замечание и спросил у Коула:

— А что теперь будет с Гектором?

— Его оболочка не подлежит восстановлению. Там и восстанавливать-то нечего. Душу отпустим.

— Отпустите? – удивился я.

Коул кивнул.

— По дальнейшему пути. Тихая смерть. Отвоевался. Но зато, как только это произойдет, знак Цербера вновь освободится и вернется на небеса, а мы сможем встречать восемьдесят девятого протектора. Люди вспомнят об этом созвездии, будто и не было тех лет, что Гектор просиживал у падших. Это можно и отметить.

— Чаем? – едко осведомился Стефан.

Я откашлялся, решаясь задать следующий вопрос.

— А когда мы выдвигаемся?

— В Лунный дом? – уточнил Змееносец. – Сейчас Сара собирает нужных людей. Многих не возьмем, не думаю, что там возникнут затруднения.

— Не думаешь? Почему же тогда вы не возвращались туда до этого?