Книга Единичка, страница 100 – Элла Чак

— Ему это не мешает, как видят все в твоем Штабе… Любить тебя.

— Почему все это твердят?! Лея тоже говорила, что он по мне сохнет! И Смит на что-то намекал!

— Потому что скрывать чувства… сложно. Если ты такой дурак, как Кайл.

— А ты? – поднялась на локтях Нэл. – Ты тоже дурак?

— Нет. Я не скрываю. Чтобы скрывать их, нужно чувствовать. Не забывай, я комиссар. Во мне нет ничего человеческого.

— Отличная попытка, Фин! Может, повторишь это все на сыворотке правды?! – выкрикнула она, но сразу же пожалела. Допрос на сыворотке закончится для Финнера казнью. – Прости. Я не…

— Не извиняйся. Меня невозможно обидеть, Нэл. Лучше думай, как все исправить. Нужно предупредить этого твоего влюбленного дурашку.

— Фин, прекрати! Он не мой. Кайл единственный, кто верит мне. Его слово – это почти как слово Иваныча. Все ему доверяют.

— Не видать ему повышения, да?

— Потому что комиссары расстреляют их, да? Штабных всего сотня, а вас тысяча!

— Это вместе с заключенными. Комиссаров всего триста три человека.

— Все равно в три раза больше. И у вас импульсное оружие, триглы, а у штабных только винтовки и дробовики! Им не прорваться… Им нельзя… нельзя сюда приходить. Фин! – повернулась она к нему, чтобы попробовать считать реакцию по глазам. – Я сама это сделаю. Я сама предам их!

— Тебя Иваныч опередил, вообще-то.

— Я сдам тебе координаты.

— Чего?

— Чтобы ты схватил металлической сетью Кайла и доставил его в Сектор!

— Знаешь, – сделал он вид, что ежится, – дружба с тобой – тот еще экшен! Бедняжка Кайлуша! Натравишь на своего любимого комиссара?

Нэл проигнорировала его издевку:

— Он не мой. Слушай, я расскажу свой план. Это отличная идея, Фин… – наскакивали ее мысли одна на другую, – все получится.

Фин спрыгнул, используя туалетную дверь как лестницу. За ним соскочила Нэл.

— Надеюсь, ты знаешь, что делаешь. Или пусть твой штабной парень учится летать с восьмисотметрового козырька.

Фин почувствовал, как горячая рука опустилась на его плечо. Какой же теплой была кожа Нэл, что так нагревала даже через вторую кожу!

— Что ты сказал? Про козырек.

— Пусть учится летать. Не видела сегодня казнь?

— Нет… про высоту?

— Восемьсот метров. Да, неблизко. Пришлось видеоэкраны поставить для прямых эфиров единственного ток-шоу.

— Восемьсот… Фин… Нестор писал про высоту в восемьсот метров. Он рисовал название химического элемента внутри туч. Аргентум. Серебро. И число восемьсот.

— Серебро – это тяжелый металл. Как ты его в тучу запихнешь? И зачем?

— Вот поэтому мне нужна она. Ты знаешь.

— Постарайся завтра не провалиться на тесте. Я позабочусь о твоем дурашке.

— Он не мой…

* * *

Прошло девять трудовых часов, прежде чем Нэл вернулась в комнату рекреационных блоков. Она убрала вторую кожу клининга в камеру очистки и поспешила потратить триста десять законных секунд на мытье в душе.

Нэл раздвинула резиновые вертикальные жалюзи и вошла в сырое помещение с сотней кабинок. Ей показалось, что она слышит голоса. Освещение скудно мигало розовыми антибактериальными лампами.

— Есть кто? – эхо ее голоса и хлюпанье шагов пару раз отразилось от стен.

— Нэ-Эл-Ка? Ребята, это Нэ-Эл-Ка! Не бойтесь!

Из дальней кабинки вышла Ала в обтягивающих шортах и топе. Нэл впервые смогла рассмотреть напарницу по уборке. Вьющиеся волосы до плеч напоминали равносторонний треугольник. Рот с щербинкой между верхних зубов, мощные руки и накаченные плечи. Из соседней кабинки выглянул высокий парень, смачно вытирая хлюпающий нос.