Книга Попаданка-ключница проклятого дракона, страница 73 – Алекс Скай

— Милорд, не слушайте её. Ариса Морн признана утраченной. Перед вами тело леди Ортии Лайс, подтверждённое Советом.

— Советом, — повторила Ника.

И вдруг всё стало ещё яснее.

Совет подтвердил Ортию. Совет запечатал записи. Совет хотел забрать Сайру. Бренн наложил печать на память Эйварда. Ортия знала о чужих душах, о последнем ключе, о том, что Ника не первая. И если Ариса всё это время была в другом теле, значит, дверь, которую открыли в ту ночь, работала не только для Ники.

— Она тоже в чужой коже, — прошептала Ника.

Ортия повернула к ней голову.

— Не смей говорить так, будто мы одинаковы.

— Мы не одинаковы, — ответила Ника. — Я не выбирала.

Лицо Ортии изменилось.

Вот теперь она ударила туда, куда Ника попала случайно. Не просто тайна. Вина.

— Никто не выбирает первую дверь, — сказала Ортия. — Выбирают вторую.

Сайра на кровати слабо пошевелилась.

— Папа, — прошептала она.

Эйвард вздрогнул и снова повернулся к ней. Вся его ярость, весь ужас разоблачения, всё имя Арисы, вернувшееся из мёртвых, на миг отступили перед одним детским словом.

— Я здесь.

— Ты не отдал меня, — сказала Сайра очень тихо. — Ты забыл.

Эйвард закрыл глаза.

Ника увидела, как это ломает его и одновременно собирает заново. Вина, которую он носил как собственную, вдруг получила другое имя. Не прощение. Нет. Но возможность дышать.

— Да, — сказал он. — Я забыл. Но больше не отдам.

Белая дверь дрогнула.

Ортия резко посмотрела на кровать.

— Не обещай того, что не сможешь удержать.

— Я удержу.

— Ты не удержал меня.

Эти слова ударили сильнее любого обвинения.

Эйвард медленно повернулся к ней.

— Что с тобой сделали?

На лице Ортии впервые появилась живая боль. Мгновенная, рваная, настоящая. И тут же исчезла под привычной холодной маской.

— То, что делают с женщиной, когда её жизнь оказывается удобнее чужой.

Ника поняла: Ариса не просто злодейка, не просто обманщица. Она тоже была дверью. Может быть, пленницей. Может быть, участницей чужой игры. Но сейчас она всё равно стояла у кровати Сайры с кольцом, которое разбудило девочку неправильно. И девочка бледнела с каждым вдохом.

Правила.

Нужны правила.

Ника заставила себя посмотреть не на Ортию, не на Эйварда, не на Бренна, чей голос приближался по коридорам. На комнату.

Белая детская изменилась. На стенах проступали рисунки Сайры: девочка, дракон, женщина с ключами, белая дверь, три кружка. Теперь кружки были не над ними, а под дверью. Три замочные скважины. Ника сжала два молчащих ключа.

Первый не висит.

Второй не открывает.

Третий не твой.

В ночи, которую украли.

Кто первым солгал наследнице?

Не она. Ника сказала Сайре, что не Нивея. Это была правда.

Не Эйвард. Он забыл, но не предал.

Не Ортия? Сайра сказала: тоже лгала, но не первая.

Значит…

— Бренн, — сказала Ника.

Эйвард резко посмотрел на неё.

— Что?

— Сайра спросила, почему вы отдали её Совету. В прошлый раз она сказала: человек без голоса сказал, что вы ушли. Что вы были за дверью, а он сказал ей обратное. Первым солгал тот, кто сказал ребёнку, что отец её бросил.

Белый ключ перестал жечь.

Впервые за всё время он стал тёплым.

Правильным.

Сайра медленно перевела взгляд на Нику.

— Человек без голоса, — прошептала она. — С печатью вместо сердца.

Из коридора донёсся шаг.

Бренн вышел из одного из ложных проходов в сопровождении двух стражей Совета. Его лицо было спокойным, но Ника увидела: он слышал. Конечно, слышал. В этом крыле теперь каждое слово было дверью.