Книга Только с тобой, страница 36 – Э. Сальвадор

Мы с ней не на одной волне. Мы настолько враждебны друг к другу, что все это кажется абсурдным. Поэтому я всегда держусь от нее подальше, как от огня.

Есть одна вещь, которая всегда останется неизменной — наши мелкие, колкие ссоры. Они логичны, они — то, что я люблю подбрасывать в огонь, потому что мне нравится выводить ее из себя.

Мне нравится видеть, как ее глаза сужаются в узкие щелки, будто она замышляет мою скорую смерть. Как ее пухлые губы сжимаются в тонкую, прямую линию или искрят снисходительной усмешкой. А мое любимое — когда провоцирую эту чистую, искрящуюся ярость в ее электрических сапфировых глазах. Тогда я точно знаю — она скажет что-то, что одновременно меня взбесит и развеселит. И, как ни странно, это немного оживляет мою скучную, равнодушную жизнь.

Знаю, что то, что я сейчас скажу, вызовет целую бурю в моей собственной голове, но все равно произношу — потому что я не из тех, кто зацикливается на «а что если». Я просто делаю.

Это держит мою жизнь в равновесии, помогает не сойти с ума.

— Не извиняйся, — коротко отвечаю я. — Я сам выбрал быть здесь. И мне абсолютно все равно, что ты здесь со мной.

Она внимательно смотрит на меня, между бровями появляется морщинка, а потом вдруг начинает смеяться — мягко, почти нежно, с легкой хрипотцой в голосе.

— Ты пьяный? Или, может, под кайфом? — она притворяется, что тяжело вздыхает, щелкает пальцами. — Вот оно. Это объясняет, почему ты такой... — она замолкает, и я вижу боль в ее глазах, будто ей тяжело произнести то, что она думает. — Такой милый.

Мне кажется, что она наконец-то приходит в себя.

— Не делай поспешных предположений. Я не пью, так что не стоит так думать.

Она поднимает руки в знак капитуляции, губы чуть дрожат, будто она борется с прорывающейся улыбкой.

— Прости. Ты просто ведешь себя странно доброжелательно. Это так необычно для тебя. Это... странно, — я закатываю глаза, слушая ее сарказм.

— Честно говоря, я завидую тем, кому плевать на твое существование. Представляю, как они спокойны.

Ее взгляд пронзает меня, словно заточенное лезвие.

— Я тебя ненавижу, — шепчет Джулианна, и голос ее соткан из чистой ярости и ледяного презрения.

На моих губах играет презрительная усмешка, я лишь немного наклоняю голову.

— Не могу похвастаться особым расположением к твоей персоне.

— Ты невыносим, — глаза ее вспыхивают, мечут искры, и я чувствую, как внутри разгорается ответный, едкий огонек раздражения.

Руки привычно скрещиваются на моей груди, а голос пропитан легкой, едкой насмешкой.

— Тебе, наверное, стоит сказать спасибо. Тоже ведь умеешь различать по ауре, кто из нас принадлежит какому царству, не так ли?

На ее губах мелькает тонкая, хищная улыбка. Она чуть склоняет голову, словно погружаясь в нешуточные размышления.

— Серьезно, как ты выбрался из ада? Кого ты подкупил? Какую бедную душу ты принес в жертву? Ибо ни за что на свете эти стражи не отпустили бы тебя так просто, без весомой причины.

Из моей груди вырывается глубокий, раскатистый смех, почти рычание.

— Конечно, я предложил ему... сделку.

Она выпрямляется, и в этот миг ее уже безумно соблазнительные груди вызывающе выпячиваются вперед, словно два прекрасных вызова, брошенных мне. Их вид почти преступен — они кажутся сошедшими с глянцевых страниц запретного журнала, и я, словно зачарованный, не могу оторвать от них взгляда.