Книга Только с тобой, страница 227 – Э. Сальвадор

Дрожа, киваю, и мой голос — задыхающийся шепот.

— Хорошо.

Я прикусываю внутреннюю сторону щеки, глаза мечутся в поисках выхода. Когда его нахожу, Лэндон оглядывается через плечо и отпускает меня.

— Прости. Надеюсь, ты не думаешь, что я...

— Нет, нет, дело не в тебе. Во мне. Это моя вина. Я была недостаточно осторожна. Слишком доверчивой, слишком глупой. Это моя вина. Прости. Мне правда жаль, — тараторю, голос дрожит, а тело содрогается, пока я вспоминаю ту ночь, словно это было вчера.

— Можно тебя обнять? — осторожно спрашивает Лэндон.

— Пожалуйста, — я пыталась скрыть это, но, когда он обнимает, срываюсь, и рыдание вырывается из самой глотки. Я плачу у него на груди, слезы бешено струятся по лицу.

Не знаю, сколько мы простояли так, но Лэндон крепко держит меня, ладонь нежно кругами водит по спине, пока рыдания не сменяются тихими всхлипами.

— Прости, — хриплю я.

Он обнимает еще крепче, и его слова окутывают меня, словно теплое одеяло.

— Пожалуйста, не извиняйся. Это не твоя вина.

Стыд пожирает заживо, в животе растет комок.

Я утыкаюсь лицом в его грудь, сжимая в кулаке край его худи.

— Я пошла с ним наверх.

Глаза снова наполняются слезами, переносица горит, но мне удается говорить ровно.

— Я сама пошла с ним наверх, потому что знала его. Мы познакомились на первом курсе, и он казался милым. Никогда не пытался сделать ничего такого, поэтому, когда столкнулась с ним, и он заметил, что мне нехорошо, то предложил свою комнату. Я пошла с ним, потому что думала, что могу ему доверять. Думала, с ним все будет в порядке. но, когда мы оказались в комнате, он запер дверь, выключил свет, и он... — зрение расплывается, голос звучит отдаленно. — Взобрался на меня и... трогал меня везде, целовал везде... Я хотела выбраться, но так кружилась голова, я не могла пошевелиться, и было так темно. Не видела дверь. Я не видела его, но чувствовала повсюду на себе. Иногда до сих пор чувствую...

От Лэндона исходит гнев, его сердце бьется опасно быстро.

— Он...

— Нет, он отвлекся, когда кто-то постучал, и не знаю как, но мне удалось ткнуть каблуком ему в бедро, и я убежала, — с горькой усмешкой говорю я. — Я такая жалкая.

— Джулианна, не говори так. Ты не...

— Он не изнасиловал меня, а я веду себя, будто это случилось! — отстраняюсь от него, чувствуя к себе отвращение. — Это моя вина, что доверилась ему. Ну правда, я должна была догадаться, да? Должна была знать, но была наивной, а теперь до смерти боюсь темноты, и все потому, что была глупой, все потому что...

— Ты такая сильная, — Лэндон делает шаг вперед, руки охватывают мою шею, взгляд прикован ко мне. — Ты чертовски сильная. Я хочу, чтобы ты это знала. Я хочу, чтобы ты знала, что это была не твоя вина. Ты не глупая. Ты не наивная. Ты не что иное, как сильная, Джулианна. Я хочу, чтобы ты в это поверила. Мне так жаль, что это случилось с тобой, но хочу, чтобы ты знала — ты не одна. Я здесь, хорошо?

— Я чувствую себя такой дурой, — отвечаю я, и внутри такая пустота.

— Ты не дура. Ты такая смелая, — он целует меня в лоб и обнимает. — Ты такая смелая, — нежно повторяет.

— Я не чувствую себя смелой. Это случилось два года назад, а я все никак не могу отпустить.

— Неважно, как давно это было. Этот кусок дерьма к тебе прикоснулся. Хочешь поговорить с полицией?