Книга Я с тобой не наигрался, детка!, страница 38 – Солянка

— Валерий меня задолбал, — тихо признаюсь ей, стягивая с себя футболку. — Сашка уехала тусить, а ему не сказала с кем. Так он решил выпытать у меня.

— С чего бы? — изумляется подруга. — Он в курсе, что про вас легче сказать, что вы враги, а не сестры.

— Новый повод доколебаться, — закатываю глаза.

— Все плохо? — хмурится Данилова. — Чего ты булки мнешь? Уже бы переехала ко мне. У меня сейчас нет соседей.

Я почти готова согласится, но...

— Эй, — с другого угла свистит Лиза и пальцем тычет в настенные часы, — не болтаем, переодеваемся и начинаем разогреваться.

Я улыбаюсь и киваю. Не хочется подводить.

Как обычно, перед каждым выступлением, время тянется в тягучей патоке. А все выступающие, играющие барахтаются в этом вареве, изнывая от скуки. Весь танец мы повторили несколько раз, смыли макияж и заново накрасились.

Периодически кто-то из девочек выскакивает на арену, чтобы посмотреть на количество людей. На молодежные матчи приходят истинные любители, трибуны часто пустуют, а в этот день магическая, необъяснимая давка.

— Хантеры из Москвы приехали, думаю, — делает предположение Оля. — Там один ряд состоит из мужиков в костюмах.

— Может, это наша администрация, — не верит ей Лиза.

— Ага, ты думаешь, я наших не узнаю, — крутит головой девушка. — Нет, там и Матвей к ним подходил. Зуб даю, по его душу приехали.

— Значит, сделаем все возможное, чтобы поддержать Матвея и других, — нервно гладит свои коленки капитан. — Все, давайте, собираемся.

Теперь меня начинает подташнивать. Не из-за выступления. Выступлений я не боюсь, всегда предвкушаю. А потому что на выходе мы столкнемся с командой. Будем стоять бок о бок и ждать, когда нас вызовут.

У меня сердце стучит и кажется, что вот-вот выпрыгнет из груди. Мы выстаиваемся в небольшую шеренгу, и через несколько секунд выходят ребята. Я специально опускаю взгляд и изучаю свои кроссовки.

Слышу, как они со всеми здороваются, обмениваются шутками...

— Расслабься, — раздается шепот возле уха. — Не будь такой мрачной.

Кожа покрывается мурашками. В животе сворачивается узел. Нет, только не он.

Вздергиваю подбородок и смотрю на Зарипова. Естественно, я не ошиблась. Только ему и хватит на подобное наглости. Захотел — на свидание вынудил, захотел — к бывшей вернулся.

— Отвали, — зло выдыхаю я. Отошла бы назад, но в коридорчике тесно.

— О, какие мы грозные, — поднимает он руки и посмеивается. Надо мной посмеивается. — Что, даже удачи не пожелаешь?

— Желаю, — бурчу, все-таки в одном клубе. — А теперь отвали.

— Детка, детка, — поджимает он губы. — С виду взрослая, а на деле обиженный ребенок. Ладно, позже мы еще поболтаем.

К его ментальному и физическому здоровью (я в одном шаге от расправы) и моему спокойствию, нас вызывают. Мы выходим, махаем цветными помпонами. Играет музыка, и я постоянно ловлю на себе глаза Зарипова. Вся арена шумит, откликается, но я вижу исключительно одного упертого и бессовестного брюнета. Зарекалась о нем думать и не могу перестать это делать.

Стою в центре, окруженная другими девчонками. Слышу гул восторженных голосов. Музыка наполняет воздух, и я чувствую, как ритм проникает в каждую клеточку моего тела.

Свет софитов отражается на блестяшках помпонов, на капельках пота, стекающих со лба. В эти мгновения время замирает. Вижу лица зрителей, их глаза полные восхищения.