Книга Тринадцатый. Мой любимый номер, страница 137 – Верона Виера

С трудом держусь, чтоб не расплакаться, слушаю до конца и противлюсь нарастающим эмоциям, но они мощным потоком заполняют нутро отчего тело потрясывает. Оно – как вулкан перед извержением, который готов взорваться в одно мгновение и сжечь всë на своём пути, оставить только пепел.

Прикрыв глаза, я глубоко дышу, но от этого ещё больнее.

Почему именно сейчас, когда я так счастлива?

Ладно.

Пора отдавать долги.

Смотрю на своё отражение. Вытерев проступившие слезы, я поправляю причёску и улыбаюсь.

Этот жизненный урок я ни разу не проходила, но я – отличница, поэтому справлюсь даже с таким.

На автомате захожу в комнату и кладу телефон на стол, с трудом улыбаюсь, но Иванову, а не Максу.

— Жень, всё в порядке? – обеспокоенный голос Макса.

— Да.

Отвечая сухо, я избегаю на него смотреть, и сажусь Иванову на колени. И пока он не успел осознать, что я творю, целую его так страстно, как могла бы Макса. Тринадцатый нехотя отвечает.

— Жень… ты что делаешь?

Слышу ошеломленный голос Макса, и как падает под ним стул. Иванов от этого грохота приходит в себя и легонько меня отталкивает, отстраняется. Огромные карие глаза в ужасе смотрят меня, но потом на Макса и снова на меня.

— Реально! Ты чего творишь, Морошка?!

Я встаю и, облизнув губы, улыбаюсь им обоим:

— Отдаю свой долг!

Стараюсь, чтобы голос не дрожал, но плохо получается и слезы застилают глаза.

— Я думала вы… а вы!

Не могу говорить.

Беру со стола телефон, включаю запись и отдаю онемевшему Максу в руки.

— Забери, он мне больше не нужен. И не провожай меня… больше… никогда!

Пока они смотрят запись, я выхожу из комнаты, прыгаю в ботильоны, и, схватив куртку, касаюсь замка.

— Жень, подожди!

Не успеваю открыть дверь, как Макс рукой вдавливает её обратно. Захлопывает.

— Выпусти, я хочу домой. Я не хочу вас больше видеть!

— Жень, всё было не так! Вернее так, но не так… блин!

— Вы поспорили на меня, Макс! Как не так? Я что вам игрушка? Трофей, кубок? Кто?

— Жень, мы.. Я… да блин, как тебе объяснить?! Всë было по-другому.

— Я думала ты другой, Макс, а ты такой же как все, – Иванов появляется в проёме и я Машу в его сторону, – как он! Просто притворяешься намного лучше…

— Жень… Макс прав… всё было не так. Вернее, он.. у него было не так… а я.. Сперва так, а теперь не так…

Смеюсь:

— Во, объяснение, – стираю слезы, показываю класс, – а как? Затащить меня в постель, а потом поставить моё сердце на полку к остальным своим медалям и кубкам, и любоваться? Показывать другим? Так?

— Нет, Жень! – тревожный голос Макса переходит на крик. – Я люблю тебя, понимаешь?! И просто хотел быть рядом…

— Я тебе не верю. Больше. Ты просто хотел выиграть у него, а потом… . Да, пофиг, что потом… потому что вы оба – проиграли. – Буравлю Макса презирающим взглядом. – Убери руку!

Он свой взгляд не отводит. Дышит, как буйвол… а потом медленно всë-таки еë убирает и опускает взгляд.

Я открываю дверь и выбегаю в подъезд, на ходу надеваю куртку и сквозь слезы, на ощупь, держась за перила, сбегаю по лестнице.

Мамочки… почему же так больно?!

Мой мир рухнул в один момент.

Я выбежал за Женей. Бежал, пока не увидел её силуэт, а потом просто шёл позади, опасаясь, что с ней может что-то случиться. Её всхлипы разрывали мне сердце, но я боялся подойти ближе. Понимал, что прямо сейчас, в эту минуту, я не смогу ничего исправить. И только, когда она зашла в подъезд, я остановился.