Книга Мой босс. Без права на ошибку, страница 41 – Рене Эсель

— И при этом ты попросил его ни о чем мне не рассказывать, — скептически приподнимаю бровь, хотя тот и не может видеть. — Почему?

— Потому что это наша с ним сделка и тебя она не касается.

Обреченно вздыхаю и закатываю глаза.

— И чего ты ждешь от меня?

— Ладно, ты мне не доверяешь. Я понял. Я сам в этом виноват — хорошо. Но отцу же ты своему веришь?

— Мой отец — больной человек. Но даже это не важно, Олег. Я не думаю, что им будет крайне приятно наблюдать за нашими отношениями. Каждый день смотреть на то, как дочь давит из себя счастливый оскал — это же пытка. Отец просто закопается в чувстве вины, да и мать тоже. Представь себя на их месте. Если бы твоя дочь продала себя ради твоего блага? Ты бы смог смотреть на это каждый день?

— Да почему ты так уверена, что у нас ничего не получится? — внезапно восклицает Шершнев, а я замираю на месте. — Люди годами живут без всяких чувств.

Слова ударяют во что-то незащищенное, глубоко внутри. Выбивают из легких воздух. Хочется сжаться посильнее, чтобы защитить нечто мягкое и нежное.

Мечты. Фантазии. Желания.

Все то, что ляжет на алтарь, название которого прозвучало только что.

«Без всяких чувств».

— Есть же взаимоуважение, общее дело в конце концов. Быт. Интересы. Я же не в пыточной тебя запираю. По мне деловые браки гораздо крепче и честнее, чем все то, что основано на эмоциях, которые со временем проходят.

С трудом сглатываю собравшуюся во рту слюну. Она проваливается в желудок сложно. Камнем бухается вниз, образовывая ощущение пустоты.

Могла я предположить, что так лелею юношеские воспоминания? Конечно, нет.

— Я согласна с тобой, — мой голос какой-то чужой. — Только вот мои родители, всю жизнь прожившие в любви, вряд ли останутся довольны. Да и что будет, если ты вдруг встретишь девушку, которую полюбишь?

— Опять ты в эту сентиментальщину, боже, — пальцы Шершнева исчезают.

Кошусь на него. Растирает лицо до красноты.

А сердце предательски ноет.

В такие моменты он слишком сильно похож на себя прошлого.

— Давай так, — вздыхает и откидывается на спинку кресла, глядя перед собой. — Я ни за что не рискну положением, которое выгрызал зубами, репутацией и семьей с крепкими отношениями ради каких-то мимолетных увлечений. Я готов подписать брачный контракт на выгодных для тебя условиях. Но они будут взаимными. Если вдруг ты встретишь кого-то, — Шершнев резко отворачивается и сжимает рукой коробку передач. — Никаких интрижек. Отношения мы строем в семье, а не за ее пределами.

— Хорошо, — безразлично машу рукой. — Только это все еще не отвечает на вопрос нашей совместной жизни с моими родителями.

— Я могу просто выкупить дом для них, — обреченно вздыхает Шершнев. — А как твой отец встанет на ноги — перепродам по той же цене. Лен, прекращай, правда. Это просто сделка, — вопреки своим словам, Шершнев вновь сжимает мою руку. — Выкуплю дом, а потом уже решим, кто где будет жить.

— Дай мне подумать, хорошо? — стараюсь говорить как можно более примирительно. — Я знаю, что все происходящее между нами — сделка. И я выполню всю свою часть, как по нотам. Можешь не сомневаться, роль я отыграю прекрасно.

— Но? — я поворачиваюсь и приподнимаю брови, а Шершнев вздыхает. — В воздухе повисло какое-то «но».

— Но кое-что я никак не могу понять.