Книга Папа быстрого реагирования, страница 105 – Ника Оболенская, Мария Птахова

— Всё хорошо? — допытывается мама.

— Давайте уже собираться, жених скоро подъедет! — присоединяется к ней командный голос моей тети.

Три дня назад моя родня выгрузилась десантом на вокзале и взяла в оборот всех и каждого.

Уверяю, кипучей энергии тети Тани хватит, чтобы год обеспечивать светом небольшое государство в Африке.

В рекордные сроки к нашему скромному торжеству налипли свадебный лимузин с караоке, праздничный салют, цыгане, выкуп невесты и видеограф.

Последний должен был запечатлеть весь этот кринж на долгую-долгую память.

К счастью, от цыган в последний момент удалось отвертеться, заменив на какую-то скрипачку.

Вот бы еще так прокатило с выкупом.

Хотя, знаете, моя самая главная задача — не облеваться на собственной свадьбе, так что — «чем бы дитя не тешилось».

Вздохнув поглубже, выхожу и встречаюсь с внимательными взглядами родственниц и подруг.

— Что-то ты побледнела, детка, — воркует мама. — Хорошо себя чувствуешь?

— Все нормально. Нервничаю просто, — вру.

Потому что благодаря чудодейственным гормонам во мне полный штиль.

— Ну, конфетка просто! — ахает Галка, Вика показывает большой палец.

Оливия с придыханием складывает ладошки на груди, а Лера мне подмигивает и шепчет что-то о «прайм-эре».

Девчонки сегодня в команде невесты, и у нас с самого утра суета.

— Шарики развесили? — строго спрашивает тетя у моих подруг.

— И следы наклеили, и ромашку приготовили, — весело отзывается Галка. — Хорошо, что на третьем этаже живешь. А то к двадцатому жених мог бы и передумать…

Мама дорогая, нам только кричалок и конкурсов из девяностых не хватало.

— Ну я же просила! — стону и перевожу на тетю взгляд.

И тут с нарастающим ужасом замечаю у нее в руках трехлитровую банку.

— Это что? — вырывается у меня истерично.

— А ты как думаешь? — Она хитро подмигивает, бултыхая рыжую муть. — Испытание для твоего благоверного!

Отчетливо раздается металлический звук, и у меня как-то нехорошо дергается веко.

— Вы мои ключи от квартиры, что ли, туда запихали?

Девчонки начинают тихонечко хихикать.

— А то! — тетя Таня горделиво выпячивает грудь вперед. — Пусть добывает с дружками ключик к сердцу невесты. Вон, мамку твою когда выкупали, заставили батю банку самогона выдуть, и ничо!

О, нет!

В коридоре уже откровенный ржач.

— Теть Тань, я же предупреждала, что у спортсменов строгий режим, — мой голос начинает набирать обороты и дрожать от негодования.

— Режим, — ворчливо отзывается тетя. — Ну уж разок бы и могли выпить… Тоже мне спортсмены. Соплей-то их не перешибет?

Ы-ы-ы.

Все-таки надо было обозначить границы, когда еще было можно. А я, мямля бесхребетная…

Оборачиваюсь к маме в поисках поддержки.

— Да квас это, дочь! — смеется она. — Квас.

— Нашенский! — гордо заявляет тетя. — Ядрены-ы-ый.

Качаю головой и вношу предложение:

— Может, хоть в литровую банку перельешь, теть?

— Еще чего! Пусть спасибо скажет, что у меня вторая банка взорвалась.

Прости, Тимур, но я сделала, что могла.

Папа возвращается с балкона, где смолил последние полчаса. В отличие от мамы с тетей он немного растерянный и грустный. Папам всегда тяжело отпускать своих принцесс.

— Приехали, — говорит он, и всё мгновенно приходит в движение.

Проверяются прически, поправляется макияж, ахи-охи. Девочки мнут листы с загадками, Оливка скачет с большой разноцветной ромашкой из картона, Лера все снимает на смартфон, обещая не оставить меня без онлайн-трансляции.