Книга Спасти Ангела, страница 43 – Ксю Король

— Твоя мать, — начал он без предисловий, — Елена Корсакова. Умерла пять лет назад, причина смерти — острая сердечная недостаточность. Но я поднял историю её болезни, поговорил с врачами, не всеми, один согласился на разговор за деньги. И вот что он сказал: перед смертью она чувствовала себя хорошо. Прошла полное обследование — сердце в норме. А через две недели — скоропостижная смерть.

— Его могли подкупить? — спросила я, сжимая кружку так, что побелели костяшки.

— Врача, который подписывал заключение, уже нет в городе. Уволился через месяц после смерти твоей матери. Уехал куда-то на юг. Я нашёл его через знакомых — он живёт в Краснодаре, работает в частной клинике. Согласился поговорить, но только лично.

— Мы поедем? — Демид посмотрел на меня.

— Конечно, — я кивнула. — Когда?

— Я договорился на послезавтра, — Влад открыл папку, достал фотокопии. — Вот анализы твоей матери. Посмотри.

Я взяла бумаги. Медицинские термины, цифры, показатели. Я ничего не понимала, но видела одно — везде стояла пометка «норма». Нормальное сердце, нормальные сосуды, нормальное давление.

— Её убили, — прошептала я. — Я знала. Всегда знала.

— Не торопись с выводами, — Демид накрыл мою руку своей. — Вначале поговорим с врачом. Узнаем, что он видел, что подписывал. Может, он что-то знает.

— А если он тоже куплен? Если он скажет то же, что и тогда?

— Тогда будем искать дальше, — ответил Демид. — У нас есть время и ресурсы.

Влад уехал через час. Договорились, что встретимся в Краснодаре послезавтра утром. Я осталась с Демидом в домике, но покой уже был нарушен. Мысли о матери, о её смерти, о том, что Захар, возможно, убил её так же, как хотел убить меня — всё это смешалось в голове в липкий, тягучий ком.

— Пойдём, — Демид взял меня за руку, повёл к озеру.

Мы сели на деревянный пирс, опустили ноги в холодную воду. Я вздрогнула, но не убрала.

— Знаешь, что я понял за эти дни? — спросил он, глядя на воду.

— Что?

— Жизнь — это не то, что с нами происходит. Это то, как мы на это реагируем. Ты могла сломаться. После всего — побегов, угроз, предательства. Но ты не сломалась. Ты стала сильнее.

— Это ты меня такой сделал, — я повернулась к нему. — Ты показал, что я могу быть не жертвой.

— Ты всегда была воином, — он провёл пальцами по моей щеке. — Просто забыла об этом. А я напомнил.

Я поцеловала его. Солёные губы, холодный ветер, запах сосен — всё смешалось в этом поцелуе. Я хотела его. Прямо здесь, на пирсе, под серым небом. Я расстегнула пуговицы его рубашки, скользнула руками внутрь, по горячей коже.

— Ангела, здесь холодно, — попытался он возразить.

— Согрей меня, — прошептала я.

Он не стал спорить. Стянул с меня свитер, потом лифчик. Холодный воздух коснулся груди, соски затвердели. Он наклонился и взял один в рот — горячий язык обжёг ледяную кожу. Я застонала, запрокинув голову.

Мы помогли друг другу раздеться, остались голыми на пирсе. Вода плескалась внизу, ветер трепал волосы. Я лежала на спине на тёплых досках, а он нависал надо мной, и я чувствовала только его — его жар, его запах, его руки.

— Ты уверена? — спросил он, в последний раз проверяя.

— Более чем, — я обвила его ногами, притянула к себе.

Он вошёл медленно, и я закричала — от холода и жара одновременно. Он двигался ритмично, глядя мне в глаза, и я видела, как в них отражается небо, озеро, вся наша жизнь.