Книга Цена любви и мести 2, страница 92 – Анастасия Разумовская

— Хочу видеть твоё лицо.

Он перевернул её на спину, развёл колени так широко, как только было возможно. Ирис схватилась за его бёдра. Её тело выгибало, словно било током. И наконец долгожданная волна нахлынула, сотрясла, вознося в небо и низвергая в ад. Судороги потрясли частыми волнами. Ногти девушки впились в его кожу.

Ширан зарычал, застонал. Ирис почувствовала, как вибрирует в ней его естество. Неистовое возбуждение схлынуло разом, и, как всегда, накатила усталость и презрение к себе.

«Ну вот и всё, — подумала устало. — Я снова его игрушка…»

Она открыла глаза и посмотрела в его искажённого оргазмом лицо. Подняла руку и пальцем стёрла струйку пота с щеки.

— Если ты мне изменишь, — сказала мягко и нежно, — клянусь, я перережу тебе горло. Или то, что ниже.

— Что? — переспросил Ширан, замерев.

Ирис не ответила. Закрыла глаза, обессиленная. Герцог подхватил её на руки. Она положила голову ему на плечо.

— Я никогда не буду прежней Ирис, — прошептала на ухо. — Никогда, слышишь? Я убила человека… Сама. И если будет надо, убью ещё раз. Ты убил во мне меня, превратил в зверя.

Ширан вынес принцессу из темницы, с ней на руках поднялся к себе в комнату. Положил на кровать. За окном стояла ночь, туманная, тёмная, ненастная.

— Хочешь есть?

— Я грязная, — ответила она. — Но может ли вода отмыть демона?

Поднялась, шатаясь от изнеможения, и прошла в душ. Открыла кран, встала под струйки воды, закрыла глаза и бездумно погрузилась в приятные ощущения.

Она проиграла. Борьба закончилась её поражением, но…

«Я порочная, — подумала Ирис. — Испорченная потаскуха. Мама права. Но что же делать, если всё вот так?»

Обернулась, протёрла зеркало и посмотрела на своё отражение. Такое розовое, с приподнятой упругой грудью. С вишнёвыми горошинками сосков. С мокрыми волосами и слипшимися в стрелки ресницами. С распухшими от поцелуев губами. С безумно блестящими глазами.

«Я умерла, — Ирис провела пальчиком по запотевшему стеклу. — На самом деле, я умерла ещё тогда, в тронном зале, только не поняла этого. А трупам свойственно разлагаться». Подышала, нарисовала восьмёрку.

— Он прав, я и есть игрушка. Хуже всего то, что я стала ей не только телом.

Сжала кулак, изо всех сил ударила отражение в нос. Зеркало брызнуло осколками. Руку пронзила боль. Ирис упала на колени, схватила кисть другой рукой и, раскачиваясь из стороны в сторону, стала дуть на выступившую кровь, всхлипывая.

Дверь распахнулась. Ширан упал рядом с девушкой на колени, притянул её к себе. Она рассмеялась, стуча зубами от плача. Герцог поднял Ирис с пола, шагнул с ней на руках под душ и стал промывать рану. Принцесса стиснула зубы. Ткнулась в его плечо.

— Зачем ты это сделала? — ровным голосом спросил он.

— А зачем оно на меня смотрит?

Ширан молча намылил её всю, смыл пену, выключил душ, замотал девушку в своё полотенце, вынес, положил на кровать и лёг рядом, устроив Ирис на своём плече.

— Посмотри сюда, — он взял её руку и повернул так, чтобы Ирис увидела рану.

Она затягивалась, золотясь.

— Этот шрам останется навсегда, — пояснил герцог. — Так же как мой.

Ирис уткнулась ему в подмышку.

— Пусть. Я этого хочу. Ты убил Кьярваля, — заметила тихо. — Он был неплохим парнем. Он ничего не сделал тебе лично.

— Кроме того, что пытался меня убить?