Книга Цена любви и мести 2, страница 115 – Анастасия Разумовская

— Вы забываетесь, госпожа Елисель, — Ширан поднялся.

Голос его заскрежетал железом. Глаза налились золотом.

— Нет! Это вы забылись, — заорала Лися. — Вы охренели, господин герцог. Есть курицы. Они рождаются цыплятами, и им нормально в курятнике жить всю жизнь. Они терпят, когда петух их топчет, встряхиваются и снова клюют червячков как ни в чём не бывало. Люди — не курицы. Вы же вроде как любите Ирис, но пытаетесь превратить её в курицу! Конечно, у девчонки мозги съехали набекрень. И не надо сверкать на меня золотыми глазками! Вы вообще хотите её вытащить из того дерьма, куда сами же запихнули?

Ширан пошёл на неё, Елисель невольно попятилась и вскоре оказалась прижатой спиной к стене. Герцог опёрся о стену по обе стороны от головы девушки, давя тяжёлой близостью. Процедил холодно:

— Вы очень смелы.

— Нет, — возразила Елисель. — Не смела́. Вас все боятся, и я тоже. Вот только вы не просекаете: любовь и страх это противоположные чувства. Невозможно любить того, кого боишься. Этот страх будет точить изнутри, выматывать, и даже страсть, если она есть, рано или поздно угаснет из-за страха. Положим, сначала страх может даже возбудить, бывает и такая реакция, вот только ни один человек не может долго жить в вечном страхе!

Она прямо смотрела в его глаза, запрокинув голову. Без вызова, но сердито. Ширан сумрачно рассматривал её лицо.

— Я ценю вашу смелость, — вынес наконец вердикт и отступил.

Подошёл к окну, всмотрелся вдаль.

— Вы знаете в каком состоянии была Ирис, когда я украла её у вас? — спросила Елисель. — Она была похожа на избитое животное. При прикосновении дёргалась и кричала, рыдала сутками напролёт, истерила. Погружалась в молчание на день-два-три и глядела в одну точку. И знаете, это не была тоска по вам. Это была сломленность живого существа. И вот, вы её вернули себе. Что дальше, Ваша Светлость?

— Сядьте, — сухо бросил тот.

Елисель прошла, села за стол, с грохотом придвинув кресло, сложила руки на столе, ладонью на ладонь и принялась с досадой за ним наблюдать.

— Девочка права, — заметила Аарха насмешливо.

Лися покосилась на призрак, дёрнула плечом и тряхнула коротко стриженной головой, не сводя гневного взора с хозяина кабинета. Ширан прошёл к бару в виде летящего дракона, распахнул его пасть и достал бутылку вина. Из-под крыла вынул два хрустальных бокала, один поставил перед невежливой гостьей, другой — перед собой. Разлил.

— Вы решили выпить со мной?

— Да. Пейте.

Ширан опустился в кресло, откинулся на спинку и прикрыл глаза. Елисель подозрительно принюхалась.

— Оно не отравлено, — устало уточнил герцог.

— Как я могу быть в этом уверена?

— Никак.

— Чудненько, — буркнула Лися. — А если я не стану пить?

— То выйдете из этого кабинета, заберёте Ирис и вернётесь в её дом. И не узнаете то, что должны узнать.

Девушка залпом выпила вино, отставила бокал в сторону и хмуро уставилась на злодея. Аарха гнусно захихикала.

— Что ты знаешь о демонах? — уточнил Ширан, грея бокал в ладони.

Елисель закатила глаза:

— Что были такие твари, которые когда-то очень давно правили людьми. Плохо правили, раз в итоге люди выгнали их за Ядовитое море. Что конкретно вас интересует?

Ширан тяжело посмотрел на неё. Глотнул вино.

— Я её ненавижу, — признался спокойно.