Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 15 – Дэни Аткинс

— Да, вот она, – работница взяла трубку телефона. – Сейчас я позвоню в отделение и попрошу кого-нибудь спуститься и проводить вас.

Алекс замотал головой.

— Не беспокойтесь. Просто скажите, на каком она этаже. Я сам найду.

Администратор встревожилась, но Алексу было плевать, если он нарушает какое-то больничное правило. Он больше не мог ждать. Пожилой мужчина коротко кивнул ему и снова повернулся к тихо плачущей жене.

— Это на пятом этаже. Но вам следует…

Алекс уже отвернулся от стола, оглядывая вестибюль в поисках лифтов или лестницы. Он задержался лишь на секунду, чтобы обратиться к пожилой паре:

— Надеюсь, вас ждут хорошие новости.

Мужчина с редеющими седыми волосами и полным страха взглядом сочувственно кивнул.

— Надеюсь, тебя тоже, сынок.

Возле лифтов собралась толпа. Посетители с букетами цветов терпеливо стояли и смотрели, как работники больницы направляются по своим обычным делам, словно в этот день не изменился мир. Никого, казалось, не беспокоило, что все лифты были еще как минимум в десяти этажах от вестибюля. Но это беспокоило Алекса. Очень беспокоило.

Он развернулся и рванул через двустворчатые двери, которые вели на лестницу. После нескольких часов беспомощного сидения в машине он с энтузиазмом взлетел по лестнице, перескакивая через две-три окованные сталью ступеньки. Он бежал к жене, сокращая, наконец, расстояние между ними, и решил, что ни за что не уйдет, когда окажется рядом с ней.

Попасть в палату оказалось сложнее, чем в Алькатрас. Две двери открывались только по звонку, и, преодолев их, Алекс тут же столкнулся с мускулистым медбратом, походившим скорее на вышибалу из ночного клуба, чем на медицинского работника. Алексу вдруг захотелось проскочить мимо него и броситься по коридору, выкрикивая имя Лизы. Он покачал головой, решив, что, наверное, и в самом деле сходит с ума от тревоги.

— Мистер Стивенс? – спросил медбрат.

— Я… Да, меня зовут Алекс Стивенс. Моя жена у вас?

То, что администратор из регистратуры успела позвонить и предупредить о посетителе и это привело к задержке, было лишь досадной мелочью, которая обрела значение лишь позднее. Пока же единственной заботой Алекса было добраться до Лизы без дальнейшего промедления.

— Да, она у нас. Я вас провожу.

Этих слов Алекс ждал все утро, и все же, пока он следовал за медбратом по скрипучему линолеумному полу, шаги давались с необъяснимым трудом.

— Что с ней? Она сильно пострадала?

Медбрат замедлил шаг и положил ладонь – оказавшуюся размером с медвежью лапу – на плечо Алекса.

— Полную информацию о травмах вашей жены расскажет врач, – сказал он, неосознанно шаря взглядом по пустому коридору, словно надеясь, что чудесным образом объявится кто-то, способный более подробно ответить на вопросы Алекса.

— У Лизы множественные травмы, – начал он медленно, словно уже понимая, что Алексу будет трудно понять его слова. – Насколько мы знаем, она была в одном из первых вагонов, на которые при крушении пришелся основной удар.

Мысленно Алекс снова увидел выпуск новостей и раздавленные и искореженные вагоны возле путей. Не в силах видеть сочувственное выражение на лице медбрата, Алекс опустил взгляд и принялся рассматривать табличку с именем на его накачанной груди. «Деклан О’Киф», – прочитал он и понял, что до этого даже не замечал сильного ирландского акцента.