Книга Хрупкое счастье понедельника, страница 108 – Дэни Аткинс

Я проводила его до дверей, где он остановился в поисках слов для новых извинений и покачал головой, мучаясь осознанием, что так и не смог их подобрать.

— Спокойной ночи, Алекс, – сказала я, открывая дверь и молясь, чтобы он вышел до того, как я расплачусь и это данное мне сердце разорвется пополам.

Он успел за считаные секунды до этого.

Предыдущий вечер возвращался к Алексу вереницей образов, словно вытряхнутые из альбома фотографии или обрывки сна. Хотя ирония была в том, что после возвращения от Молли он не видел снов, потому что не спал ни минуты. Задолго до того, как забрезжил рассвет, он отбросил одеяло в сторону и встал с кровати. К шести утра он уже был на стоянке у спортивного центра, пил третий кофе за утро и ждал, пока вспышки люминесцентных ламп не покажут, что зал открылся. Прежде он никогда не приходил в зал первым, и было что-то жутковатое в этих рядах неподвижных тренажеров и гулкой акустике раздевалки.

Алекс занимался усерднее обычного, надеясь, что энергичные упражнения помогут изгнать все воспоминания о прошлом вечере. Не обо всем вечере – о тех его частях, когда он вел себя как идиот. Лицо горело, что могло быть как результатом занятий на гребном тренажере, так и неизгладимым следом вчерашнего конфуза.

Он стоял под острыми иглами воды из душа, медленно поворачивая ручку крана от пышущей паром горячей до захватывающей дух холодной. Когда он вышел из кабинки, людей стало больше, и тихий гул разговоров в раздевалке казался едва ли не громче рева толпы.

Он быстро оделся и взвесил варианты. Забрать Коннора от Тодда он должен был не раньше десяти, и до этого оставалось еще два часа. Он подумал, не поехать ли в офис, чтобы утопить чувства в работе, как он часто поступал после смерти Лизы. Но это только оттянуло бы неизбежное. Говорят, душу способна исцелить исповедь, а душа Алекса хотела быть только в одном месте.

Он подбежал к машине, раскидывая гравий подошвами кроссовок. Стоило открыть водительскую дверцу, как в нос ударил аромат духов Молли. Не такой сильный, как запах духов Лизы на его костюме. Скорее, смутный и тонкий, словно застрявший в системе кондиционирования. Он понятия не имел, возможно ли это. Куда вероятнее было то, что запах вызвало в памяти его чувство вины. Этакое предупреждение от обоняния, к которому он должен был прислушаться. Но откуда он мог знать, что все так запутается. «Может быть, стоило послушать брата», – напомнила совесть.

Утробное урчание двигателя на холостом ходу так походило на кошачье мурлыканье, что Алекс сразу вспомнил о Барбаре. Чувства изменили ему, взяв верх над логикой и начав связывать все происходящее, пусть даже и с натяжкой, с людьми, спасенными Лизой.

Он покинул стоянку у спортзала с такой скоростью, что гравий летел из-под колес фонтанами. Руки что есть силы сжимали руль.

В глубине души он хотел, чтобы огромные кованые ворота были закрыты, потому что это дало бы ему веский повод остановиться. Но это был путь труса, а Лиза заслуживала намного большего. Кого-то намного лучшего, чем он сам. Впрочем, он и сам всегда это понимал. Он поднял задвижку, и ворота распахнулись с громким скрипом. Алекс едва не посмеялся над этим клише, словно к нему приложил руку излишне увлеченный звукоинженер. Даже туман по колено, стелившийся над землей, словно был создан командой по спецэффектам.