Книга Использованная жена дракона. Дети без имени, страница 60 – Майкл Скофилд

Камень снова загудел.

На пустом месте под именами детей сами начали проступать слова.

Не чернилами.

Темно-серебряным следом, будто буквы поднимались изнутри страницы.

«Живой корень Варр признан».

Зал взорвался голосами.

— Невозможно!

— Остановить обряд!

— Камень поврежден!

— Это влияние!

— Магия Варр!

Саяна испуганно прижалась к Ирсене.

Эймар закрыл уши.

Ровен поднял руку.

— Тихо.

Не помогло.

Советники говорили все громче. Сарвен требовал немедленно закрыть книгу. Вейра стояла бледная, глядя на страницу, где родовая книга только что сделала то, чего она боялась сильнее признания детей: признала не только наследников, но и мать.

Тогда Ровен ударил кулаком по камню.

Не сильно.

Но камень ответил гулом, и пламя рванулось вверх.

Зал стих.

— Обряд завершен, — сказал Ровен. — Кровь признана. Имена внесены. Статус матери засвидетельствован родовой книгой.

Сарвен тяжело дышал.

— Совет должен обсудить последствия.

— Обсудит.

— До этого дети должны находиться под наблюдением хранительницы.

— Нет, — сказала Саяна.

Все посмотрели на нее.

Девочка стояла рядом с матерью, бледная, но прямая. Черные ветви на рукавах блестели в свете пламени.

— Мы уже были под вашим наблюдением, — сказала она Вейре. — Нас тогда стерли.

Вейра не ответила.

Эймар тихо добавил:

— Теперь мы записаны.

Ирсена положила руки детям на плечи.

Ровен посмотрел на совет.

— Эймар и Саяна возвращаются в крыло Варр с матерью. Лекарь крови подготовит полный протокол. Писари сделают три копии записи. Одна останется в книге. Одна — в архиве Таргарда. Одна — у Ирсены Варр.

— Копии книги крови не выдаются за пределы архива, — автоматически сказала Вейра.

Ровен повернулся к ней.

— Теперь выдаются.

— Милорд…

— Ты шесть лет хранила пустую страницу там, где должны были быть имена моих детей, — сказал он. — Не учи меня сохранности записей.

Вот это ударило.

Не громко.

При всех.

Вейра медленно опустила глаза.

Ирсена вдруг поняла: для Вейры это не поражение. Еще нет. Такие люди не сдаются у камня. Они отступают в коридоры, в письма, в чужие страхи, в формулировки, которые потом становятся приговорами.

Но сегодня она проиграла главное.

Пустую страницу.

Мила ждала у выхода из зала, хотя ей не положено было стоять так близко. Увидев детей, она прижала руки к груди. Ниша выглянула из-за ее плеча и тут же показала Саяне большой палец.

Саяна сначала сделала вид, что не видит.

Потом показала в ответ.

Эймар шел тихо, но уже не так, как утром. Его плечи оставались напряженными, но он не прятался за матерью. Он нес в руках сложенную ткань, которой лекарь перевязал палец, и смотрел на нее с таким странным выражением, будто это был не бинт, а доказательство существования.

В коридоре у крыла Варр дети остановились.

Саяна посмотрела на Ирсену.

— Мы теперь с именем?

Ирсена присела перед ними.

— Да.

— Настоящим?

— Настоящим.

— И они не смогут сказать, что нас нет?

Голос у дочери дрогнул.

Ирсена взяла ее лицо в ладони.

— Теперь им придется лгать слишком громко. А громкую ложь легче поймать.

Саяна обняла ее резко, почти больно.

Эймар прижался с другой стороны.

Ирсена закрыла глаза.

На миг замок исчез.

Остались только дети. Ее дети. Больше не спрятанные в чужом страхе. Не полностью защищенные, нет. Но названные.

Ровен стоял в нескольких шагах.