Книга Использованная жена дракона. Дети без имени, страница 56 – Майкл Скофилд

Так просто.

Всего четыре слова.

А их не было шесть лет.

Ирсена почувствовала, как внутри поднимается темная волна. Не слабость. Не слезы. Что-то тяжелее. Если бы она позволила себе сейчас оглянуться на детей, могла бы не выдержать. Поэтому смотрела на камень.

Лекарь крови подошел ближе.

— Для подтверждения потребуется кровь каждого ребенка. Один надрез на ладони. Кровь коснется камня и пламени.

Саяна тут же спрятала руки за спину.

— Нет.

Вейра тихо сказала:

— Обряд невозможен без крови.

Ирсена повернулась к дочери.

— Сая.

— Нет.

Голос у девочки дрогнул, и это было хуже упрямства.

Эймар тихо сказал:

— Она боится не боли.

— А чего? — спросил Ровен.

Саяна вспыхнула:

— Ничего!

Эймар посмотрел на нее.

— Боится, что кровь снова заберут и скажут неправду.

Зал молчал.

Теперь все смотрели на маленькую девочку, которая стояла перед родовым камнем и держала руки за спиной так крепко, будто могла удержать внутри всю свою жизнь.

Ирсена присела перед ней.

Не думая о совете. Не думая о зале.

— Посмотри на меня.

Саяна не сразу, но посмотрела.

Глаза у нее блестели.

— Они уже брали, — прошептала дочь. — Когда мы были маленькие.

— Да.

— И все равно сказали, что нас нет.

— Да.

— Тогда зачем еще?

Ирсена не стала отвечать сразу.

Потому что вопрос был правильным.

В этом и была жестокость: чтобы разрушить ложь, им приходилось снова войти в обряд, который когда-то стал частью этой лжи.

— Потому что сегодня я здесь, — сказала Ирсена наконец. — Эймар здесь. Ровен здесь. Люди здесь. И запись здесь. Они не смогут сделать это в темной комнате.

— А если смогут?

Ирсена взяла дочь за лицо обеими руками.

— Тогда я разнесу этот зал словами раньше, чем ты успеешь огнем.

Саяна моргнула.

Потом спросила:

— Можно я все равно буду готова?

— Нужно.

Это ей понравилось.

Ирсена встала и повернулась к лекарю.

— Надрез я сделаю сама.

Сарвен сразу возразил:

— Обряд должен проводить лекарь крови.

— Лекарь может засвидетельствовать. Резать моих детей будет их мать.

— Это нарушение порядка.

Ровен сказал:

— Внесите в порядок.

Сарвен посмотрел на него с плохо скрытым раздражением.

— Милорд, родовые обряды не переписываются посреди зала.

— Этот уже однажды переписали без матери, — сказал Ровен. — Хватит.

Лекарь крови молча протянул Ирсене тонкий серебряный нож.

Хороший знак.

Не все здесь хотели спорить ради Вейры.

Эймар шагнул первым.

— Я могу.

Саяна резко:

— Нет, я первая.

— Ты боишься.

— Поэтому первая.

Эймар посмотрел на нее с мягким упрямством.

— Я старше на несколько минут.

— Ты всем это будешь говорить до старости?

— Если надо.

Ирсена почувствовала, как в зале странно изменился воздух. Люди ожидали драму наследования, а увидели детей. Настоящих. Спорящих шепотом у родового камня. Не символы крови. Не угрозу. Не политическую ошибку.

Детей.

— Эймар первый, — сказала Ирсена. — Потом Саяна. Я рядом с каждым.

Саяна насупилась, но кивнула.

Эймар протянул ладонь.

Она была маленькая. Теплая. С тонкими пальцами, на которых еще оставались чернильные пятна от его книги. Ирсена взяла нож.

Рука не дрожала.

Это удивило ее.

Она сделала крошечный надрез у основания пальца. Эймар вздрогнул, но не отнял руку. Кровь выступила темной каплей, потом второй. Лекарь поднес тонкую чашу, но Ирсена покачала головой.

— Прямо на камень.