Книга Использованная жена дракона. Дети без имени, страница 127 – Майкл Скофилд

Он замолчал.

Ровен не вмешался.

Ирсена заметила и не поблагодарила.

Но запомнила.

Дальше обсуждали земли Варр, защиту крыла, отправку копий в Рахш и башню Варр, формирование внешнего суда, охрану Вейры, поиск оставшихся людей Сарвена. Все было долго, сухо, трудно. Без блеска. Без красивой победы.

И именно поэтому похоже на настоящее исправление.

К вечеру Ровен и Ирсена вышли из зала почти последними.

В коридоре он остановился.

— Земли Варр официально возвращены. Завтра прибудет управляющий из северного участка. Ты можешь назначить своего человека.

— Назначу Амуна.

Ровен моргнул.

— Амун согласится?

— Нет. Сначала будет ругаться.

— А потом?

— Потом согласится, чтобы доказать, что все остальные справятся хуже.

Ровен впервые за день улыбнулся заметно.

— Хотел бы я с ним это обсудить.

— Не советую без защиты.

— Учту.

Они шли по галерее к крылу Варр.

За окнами вечер делал черные башни почти мягкими. Внизу во дворе стражи меняли караул. На северной башне сидел Аркант, огромный, неподвижный. Его глаза в сумерках светились янтарем.

— Саяна просила увидеть его, — сказала Ирсена.

— Помню.

— Не сегодня.

— Я не предлагаю.

— Но скоро.

Ровен повернул голову.

— Ты позволишь?

— Я позволю ей выбрать, бояться или нет. Под моим присмотром. И твоим. И на расстоянии.

— Аркант будет осторожен.

— Дракон весом с башню не бывает осторожен настолько, насколько хотелось бы матери.

— Справедливо.

У дверей крыла Варр их встретил запах лепешек с медом.

И детский спор.

— Если это обычный час, нельзя говорить про совет! — заявляла Саяна.

— Я сказал только, что час уже прошел, — отвечал Эймар.

— Значит, надо еще один.

— Тогда это два обычных часа.

— Отлично.

Ниша добавила:

— Я поддерживаю продление обычности.

Мила, судя по голосу, тоже.

Ирсена остановилась за дверью.

Не входя сразу.

Слушая.

Ровен тоже остановился.

— Это хороший звук, — сказал он тихо.

— Спор?

— Дом.

Ирсена посмотрела на него.

Он не поправился. Не сказал «почти дом». Не стал притворяться, что имеет право на это слово. Просто произнес его так, будто слышал из-за двери то, чего сам лишился и чего не смел требовать.

Она открыла дверь.

Саяна сидела на ковре в новых сапогах, хотя обещала снять. Эймар устроился рядом с книгой о звездах и тарелкой лепешек. Ниша ела так, будто завтра еду снова отменят по решению совета. Мила сияла устало и счастливо.

— Мама! — Саяна вскочила. — Мы продлили обычный час.

— Кто разрешил?

— Мы.

— Законно?

— У нас теперь свои законы.

Эймар уточнил:

— Маленькие.

— Но важные, — сказала Саяна.

Ирсена улыбнулась.

— Тогда я признаю.

Ровен остался у двери.

Саяна посмотрела на него.

— Ты тоже можешь войти. Но не говорить про совет.

— Я понял.

— И не стоять башней.

Он вошел и сел у камина.

Не сразу к детям.

Но ближе.

Мила подала ему лепешку. Он взял.

Саяна следила, ест ли.

— Нормально? — спросила она.

— Очень хорошо.

— Это Мила сделала.

— Я понял.

— Миле надо дать землю.

Мила едва не уронила поднос.

— Маленькая госпожа!

— Что? Всем сегодня дают землю. Почему ей нет?

Эймар серьезно сказал:

— Земля требует управления.

— Тогда лепешечную комнату.

Ниша подняла руку:

— Я за.

Ирсена села на ковер, хотя платье не было для этого предназначено. Ей было все равно. Саяна тут же придвинулась ближе, Эймар легонько прислонился к ее боку. Ровен смотрел на них так, словно боялся моргнуть и потерять.