Книга Цветы для ведьмы, страница 42 – Фиона Моран

Герда всматривалась в замотанные шелком женские силуэты и думала: если ее сильные, могущественные сестрицы не смогли отбиться от обычных мужиков, то что сможет сделать она сама, когда придет ее черед? Она —пустоцвет, который за всю жизнь научился только прятаться по углам. Герда сильно поежилась и плотно обхватила себя руками за локти, с силой растирая плечи, чтобы согреться, но мелкая дрожь упрямо била ее изнутри, идущая прямо от костей.

Надеяться на слепую удачу? На то, что ее не убьют в первую же секунду встречи?

«Надо было сразу сжечь этот Лес дотла», — Герда до боли в шее, помотала головой из стороны в сторону, тут же яростно отгоняя прочь эту дикую мысль.

Ярила закончила обход последнего кокона, Дарены. Она медленно повернулась лицом к младшей сестре, на ходу плотно зажимая свежий глубокий порез на левой ладони куском сухого мха.

— Они слышат нас, — произнесла она тихо. — Даже сейчас.

Герда сделала два неуверенных шага вперед, вглубь пещерного зала, и остановилась над закрытыми лицами сестер. Раньше у нее сводило скулы от того, как сильно она хотела обладать точно такой же магией, какая была у них. Теперь они лежали здесь, на холодном камне, не способные пошевелить даже пальцем. Но даже сейчас, в их остывающих телах, теплилась сила, а внутри самой Герды не было абсолютно ничего, кроме страха. Ее нижняя губа мелко затряслась, но она силой заставила себя говорить ровно и твердо:

— Вы обязательно проснетесь.

Ярила внимательно посмотрела на нее. Бледный дневной свет, падающий из узкой расщелины в потолке пещеры, освещал ее спутанные рыжие волосы.

— Любовь к ним — это и есть твоя главная сила. Помни всегда, Герда: у нашего Леса есть не только видимая крона, но и глубокие корни, что совсем не видны человеческому глазу. Делай всё в этой жизни не только ради них. Делай из них. Из той силы, что они когда-то успели в тебя вложить. Она сидит внутри тебя. Всегда там будет.

— Я даже не знаю, что мне теперь делать, когда их нет, — призналась Герда. В ее голосе больше не осталось прежней злой гордости. Только усталость. — Единственное, что я могу — это просто быть рядом с тобой, сестрица.

Ярила сильно закашлялась. Она согнулась, прижав испачканную кровью ладонь к своим ключицам. Когда приступ наконец прошел, она медленно подняла руку и положила горячую ладонь Герде прямо на щеку. Кожа Ярилы была шершавой, но сквозь нее шел живой жар.

Герда посмотрела сестре прямо в зеленые глаза. Твердый, мешавший дышать ком в ее груди в один миг расслабился. Она плотно, изо всей силы обхватила Ярилу руками за талию, всем телом прижавшись к ее жесткому суконному плащу. Девушка уткнулась носом в ткань и глубоко вдохнула густой запах сухого мха, болотных трав и теплого пота — родной запах своей единственной оставшейся сестры.

Ярила осторожно, но настойчиво убрала руки Герды от своего пояса, ласково провела ладонью по ее серебристым волосам, развернулась и медленно, заметно прихрамывая на левую ногу, пошла к выходу из пещеры.

— Побудь сегодня с ними одна. Подольше побудь.

Герда молча кивнула ей вслед.

Холодный воздух пещеры быстро проникал под серое платье, заставляя все тело ныть от сырости. Герда еще раз, медленно переставляя ноги, обошла по кругу все шесть коконов.

Морана. Древа. Веляна. Зарена. Иванка. Дарена.