Книга Гномка, страница 63 – Диана Чайникова

— Какая мерзость. А если родитель не захочет подобной участи своему ребенку?

— Они не относятся к птенцам как к детям, только как к ресурсу.

— Но ведь их любят!

— Вот они последствия дурного воспитания, - поморщился Даймерлио.

— И что сделает Нагая, если птенец признает родителем кого-то постороннего? Отпустит малыша на волю? – Спросила я с не убиваемой верой в добро.

— О сломанное дерево!

— Какое бредовое ругательство, - не осталась я в долгу.

— А как еще можно ругаться? – заинтересовался эльф.

— Ну не знаю, что у вас сочтут приличной руганью. Ну, хотя бы трухлявый пень? О тлен и смерть?

— Ого, какая фантазия! – Восхитился рыжий. – Ты отличный собеседник! А еще что-нибудь можешь?

— Облезлый киро?

— Потрясающе! – захлопал эльф, а я хмыкнула – истинный ребенок.

— Так птенца отпустят?

— Кого он признал родичем? – хмуро уставился на меня эльф, резко растеряв всю свою смешливость и ребячливость. Может, все-таки он давно не подросток?

— Ты первый отвечай.

— Потом ты, - торговался безухий красавец.

— Потом я, - согласие далось легко.

— Нормально ответишь, не как в тот раз.

— Если и ты будешь нормально рассказывать.

— Ладно. Матери птенца проще слетать и уничтожить мнимого родича. Для этого привлекают любые ресурсы. В такие моменты все Нагаи объединяются для достижения единой цели.

— Уничтожить? – переспросила я.

— Твоя очередь.

— Думаю, меня.

— Что меня?

— Меня признал мамочкой.

Эльф побледнел.

— Ты уверена?

— Почти на сто процентов.

— Основания?

— Я не дала Перо Нагаи его убить, загородив своим телом.

— Трухлявый пень! Облезлый киро! Гнилой плод! – прогресс на лицо. – Лучше бы вы убили его, столько проблем удалось бы избежать!

— Нет, - упрямо замотала головой. – Не удалось бы. А как мать вычислит, кого птенец признал родителем?

— Никак. Она будет перманентно уничтожать гномов, пока не разорвет связь. И так как гавриды в самой уязвимой позиции, думаю, начнет с них. Я должен предупредить коротышек.

Я удивлённо посмотрела на эльфа.

— Ты же ненавидишь гавридов, как и они тебя. И вообще ты менее всего похож на доброхота. Плюс ты же там умрешь, ты видел мое видение!

— Согласен, но если ты не пойдешь со мной, возможно, ничего не случится.

— Они убьют тебя до того, как ты раскроешь рот, если я не пойду с тобой.

— Со мной может пойти Ионна. Ее они не тронут.

— Ионна вообще может пойти одна, и тогда ничего не случится!

— Я никуда не собираюсь идти без тебя, - влезла не вовремя возвратившаяся гномка.

И замерла, разглядывая рисунки.

— Это то, что я думаю? Гавридов нужно предупредить.

Мы одновременно кивнули.

— Согласна, отправлюсь я. Вам нельзя там появляться.

— Видения все равно исполнятся, вы сами так говорили, если их не испортит или не исправит сам создатель. Я чувствую, что я не могу здесь просто стереть картину, как в горах.

— Что ты предлагаешь? – деловито уточнила Ионна.

— Мы должны подготовиться. Сколько у нас времени, пока птица поймет, что сердце птенца не принадлежит матери?

— Около оноре.

— Немного… Как убивают Нагай?

— Никак.

— Но это бред, их органы способствуют долголетию, их кровь возвращает молодость или как там рассказывают охотники на птиц?

— Вас, гномов, одними сказками кормят? - Хмыкнул эльф.

— Почему сказками? – спросили мы с Ионной одновременно.