Книга Невеста безумного тирана: Спасти злодея. Книга 1, страница 63 – Валентина Зайцева

Адриан замер, глядя на меня с той самой невыносимой мягкостью, которая в прошлой жизни казалась мне единственным светом в непроглядной тьме.

— Я приобрёл его совершенно случайно, — его голос был тихим, обволакивающим, как дорогое вино. — Вспомнив о твоём редком таланте к живописи и каллиграфии, я позволил себе дерзость купить его. Если тебе не нравится этот камень, Элли, значит, я поступил в высшей степени неподобающе.

Он всегда виртуозно умел так ставить вопрос, что любой дальнейший отказ выглядел бы уже не скромностью, а осознанной грубостью. Я тихо вздохнула, признавая поражение, и приняла футляр обеими руками.

— Было бы верхом невежливости отказываться во второй раз. Спасибо, брат Адриан. Я буду хранить его... как зеницу ока.

— Я искренне рад, что тебе по душе, — он смотрел в мои глаза так пристально, что я заметила, как кончики его ушей предательски покраснели, контрастируя с белоснежным воротником.

Но в самой глубине его взгляда, за этой завесой нежности, промелькнула едва уловимая тень меланхолии. Он чувствовал это — я знала наверняка. Девушка перед ним всё ещё была близкой, ласковой и искренней, но в моём взгляде больше не было того слепого, удушающего обожания, что раньше. Мои щёки не пылали румянцем при каждом его вдохе, а сердце не пускалось вскач, пытаясь выпрыгнуть из груди. Три месяца разлуки? Нет, для меня прошли долгие годы бесконечной боли и разочарований. Я повзрослела, стала спокойнее, холоднее... и бесконечно дальше от него, чем когда-либо.

Позже, когда мы с Валерией остались вдвоём в нашей комнате, пропитанной ароматом сандала, сестра тоже не упустила случая подметить неладное. Она стянула с головы высокий хвост, с резким металлическим лязгом отстегнула меч и почти с облегчением бросила его на массивный дубовый стол.

— Элли, Адриан тебя чем-то обидел? Наступил на любимую мозоль или забыл поздравить с Днем цветения? — спросила она, испытующе и лукаво глядя на меня снизу вверх.

— С чего ты вообще это взяла? — я постаралась, чтобы мой голос звучал максимально естественно, хотя внутри всё сжалось.

Валерия звонко рассмеялась, по-мужски широко усаживаясь в глубокое кресло.

— Да брось! Ты же раньше всегда за ним преданным хвостиком бегала, заглядывала в рот каждому его слову, ловила каждый вздох. А сегодня? Тихая, величественная, как императрица на покое. Перекинулись парой дежурных фраз и разошлись, будто старые знакомые, которым не о чем молчать.

— Неужели? — я искренне удивилась, глядя на свое отражение. — Я правда раньше вела себя так... карикатурно?

— О, это твоё «трепетное восхищение» и безграничную преданность увидел бы даже слепец в темную ночь! — Валерия продолжала безжалостно подшучивать надо мной.

Я попыталась воскресить в памяти тот светлый образ Адриана, в которого была безоглядно влюблена в прошлой жизни, но воспоминания подёрнулись густым серым туманом. Перед глазами навязчиво стояло другое: та страшная, пропахшая страхом ночь, когда меня, словно бессловесную вещь, заставили наносить макияж перед отправкой в логово Безумного Регента. И только Адриан тогда отчаянно примчался на помощь. Он всю ночь простоял на коленях под ледяным, проливным дождём у ворот поместья Каллума Рейна, униженно умоляя пощадить меня.

А потом, после того злополучного банкета у барона Торна, он взял всю вину на себя и заживо гнил в сырой тюрьме, где ему методично ломали пальцы — те самые пальцы, что так искусно и легко держали кисть. Я навсегда останусь его неоплатной должницей.