Книга Отныне мой пульс семь ударов в минуту, страница 103 – Аника Ледес

— Да. Через два часа будем там.

— Не довезешь?

— Сочту за честь.

Эйдос подсадил меня на коня, как в тот день, когда я впервые увидела жизнь вне стен замка. Потом он забрался на коня сам и прижался к моей спине своим торсом. Я сразу же вспомнила тот день, когда мы были очень близки, а сразу же за этим воспоминанием нагрянуло новое, где Эйдос лежал в одной кровати с Парисой. Я понимала, что это был ее приказ, от выполнения которого зависела его жизнь, а может даже это было подчинение, но паршивое чувство не покидало, забиваясь комом в горле. Эйдос ощутил мое настроение и подвинул лицо ближе к моему.

— Астери, о чем ты думаешь?

— Ты же можешь узнать.

— Я не читаю мысли, а только слышу тебя, когда ты обращаешься ко мне мысленно. Сама ведь это знаешь.

— Я думаю о всяких глупостях, о которых не должна вспоминать.

Хоть я и увильнула, но Эйдос все понял.

— Прости.

— Я уже говорила, что ты не виноват в этом. Я злюсь на Парису и на то, что увидела это. — Замолкнув на несколько секунд, мне в голову пришла еще более глупая мысль.

— И сколько раз… — Поняв, что я сказала это вслух, сразу же осеклась.

— Думаю, не стоит тебе этого знать. Для твоего же спокойствия.

Этот ответ меня не утешил, напротив, уже больше опечалил. Я уныло разглядывала проплывающие однотипные дома, работающих и отдыхающих людей, снующих повсюду свободных Агриос и гвардейцев. От этого вида почему-то было тошно, хотя я наконец-то была с Эйдосом, по которому жутко скучала. Только вот увидев его, перед глазами предстала та мерзкая картина.

— Я закончу в девять вечера. Мы можем сходить в паб, если ты не против выпить со мной.

— Да, конечно. Я с удовольствием, — я положительно закивала и натянула улыбку.

Всю оставшуюся дорогу мы ехали молча. Я боялась испортить настроение, а Эйдос выполнял свою работу. Когда мы наконец-то добрались до пункта назначения, бывший принц спустил меня с коня. Я погладила животное по гриве, благодарно ему улыбнулась. Конь не проявил никакой взаимности, но я его за это не виню, ведь у меня не было даже никакого лакомства для него.

— Будь здесь. Я заеду за тобой полдесятого.

Я кивнула и сразу отвернулась, постучав в дверь. Мама тут же объявилась на пороге, сначала обняв меня, а потом помахав Эйдосу. Он сделал то же самое в ответ и скрылся среди прохожих.

Я прошла в крохотный домик мамы. Он был больше, чем у остальных, но не намного. В комнате размещался только стол, два стула, встроенная в металлическую столешницу печь с конфорками и кровать. В крохотной ванной был душ и унитаз. Также в доме расположились погреб и небольшая пристройка для орудий труда. На участке белели две обтянутые пленкой теплицы, также находились небольшой хлев на двух коров и одну козу, курятник и колодец. Владения были довольно большими для одного человека, но мама справлялась.

— Мне все равно нечем заняться. Я не хожу в пабы и не желаю развлекаться с мужчинами. Книг здесь тоже нет, чтоб скоротать время. Так и приходится с утра до вечера работать. В моем детстве для людей было огромное количество развлечений: театры, где люди разыгрывали постановки, пели, танцевали; филармонии, где проводились выступления на музыкальных инструментах; дискотеки, где все могли веселиться, танцевать и общаться. Для детей изготавливались различные игрушки и возводились детские площадки с качелями, горками, песочницами. Все могли съездить в другой город или страну. Много всего было в то время. Я даже половины уже не припомню, — печально улыбаясь своему прошлому, рассказывала мама. Я пыталась визуализировать ее рассказ, но у меня ничего не получалось. Я не видела ничего из сказанного ею.