Книга Гадалка и скептик, страница 16 – Алиса Калинина

Пыхтя, он поднял на руки девушку и с трудом донес ее до дивана. Говорила мама, что больше каши нужно есть!

Руки Анны были ледяные, губы синюшные, а дыхание едва уловимое.

Плохо соображая, что делать, Антон счел самым лучшим просить о помощи их Гиппократа, выручавшего в любых обстоятельствах.

— Александр Францевич! Если не хотите завтра вскрывать еще одно тело, а то, боюсь, и два, пожалуйста, подъедьте. Очень хороший человек в беде. Девушка, она без сознания. Нет, внешних повреждений нет. Да, сейчас диктую.

Александр Францевич Миллер работал в первой половине дня с трупами, так сказать, а во второй-прикладывал все усилия, чтобы трупов было как можно меньше. Попросту вынимал бандитские пули из сыщиков, врачевал раны телесные, а то и душевные. Так что у юных штольцевцев как в шутку Миллер называл сыскарей Штольцева, был свой Красный крест. Это чтобы не приходилось обращаться к официальным медикам и терять там время и нервы.

— Як Платоныч! Выделите-ка мне карету. Скороходов истерит, какую-то барышню нашел в беспамятстве. Съезжу, гляну, что там, а потом мы-таки пропустим рюмашечку и доиграем партеечку.

— Ну мне все равно Вас ждать, так что сам довезу. Тем более ребята разъехались. Куда там?

Штольцев посерел, едва глянув на адрес. Он прочно был впечатан в его мозг. Он бы отсканировал его, даже будь он написан на китайском, не говоря уже о нацарапанном нечитаемым почерком их эскулапа

Яков гнал так, будто за ним шла стена огня. Его и вправду кинуло в жар, не хватало воздуха, сердце колотилось.

— Хм, 60 на 40, с чего бы это так упало давление, — рассуждал Миллер, сделав два укола. — Такое чувство, будто она чего-то смертельно испугалась.

Постепенно лицо девушки утратило мертвенную бледность, дыхание выровнялось, однако в себя она еще не пришла.

— Постельный режим, горячий сладкий чай и отсутствие стрессов. Позвоните родным, — изрек доктор.

Переведя дух, Штольцев обрел способность здраво мыслить. Но это обстоятельство радостным должно было быть явно не для всех. Линия грозового фронта стремительно приближалась к бедному Скороходову. Угрожающе развернувшись в его сторону, Штольцев уже готов был метнуть, как Зевс, две-три молнии, как взгляд сфокусировался на огромном букете и переместился на открытку с подписью К. Разумов.

Скороходов был спасен. Ну, или казнь была отсрочена. Ох, предчувствовал же, что Яков Платоныч не одобрит его встречи с Анной Викторовной.

' Истинный громовержец', — подумал Скороходов, глядя на лицо шефа в эту минуту. Глаза сузились, желваки перекатываются, ноздри раздуваются.

Но метать молнии громовержец не стал, только со злостью стукнул кулаком по столу.

— Антон Андреич! А Вы как тут оказались?

Да и гнева уже не было, ведь главное, что он вовремя нашел Анну в таком критическом состоянии. Не окажись тут Скороходов, неизвестно, чем бы все закончилось.

Зная, что позаботиться об Анне некому, Штольцев без раздумий поднял девушку с дивана.

_-Антон Андреич, закройте тут все и Александра Францевича отвезите.

Увидеть Штольцева с девушкой на руках — это последнее, что могли бы вообразить себе его коллеги, будь у них возможность принять участие в составлении каталога из серии «Невозможное — невероятное». Его циничное отношение к женскому полу было притчей во языцех.