Книга Единственная смертная для вампира, страница 29 – Айрин Валери

— Да, так слышала о нём, — ответила я, стараясь говорить небрежно. — Хочу узнать про свой брак.

Дед прищурился. Я знала этот взгляд — он видел меня насквозь. Но он не стал допытываться. Вместо этого он улыбнулся — той самой хитрой улыбкой, от которой у меня всегда мурашки бежали по коже.

— Ну, девчонка! — сказал он с лёгким укором, но в голосе слышалась гордость. — Хорошо. Завтра вечером вас могут к нему отвести. Он отшельник, но не будет против. Я за вас попрошу.

Я выдохнула — медленно, глубоко. Наконец-то. Наконец-то хоть что-то прояснится. Завтра вечером я увижу этого загадочного Вильяма Флекса. И, может быть, он ответит на те вопросы, которые мучают меня уже так долго. Но внутри всё равно остался холодок — дед слишком легко согласился. Слишком быстро. Как будто сам хотел, чтобы я пошла к этому провидцу. Как будто это тоже часть его игры.

Я вышла из кабинета, и первое, что увидела, — Августа и Себастьяна, стоящих друг напротив друга. Между ними всё ещё висело напряжение, как натянутая струна. Я не знала, что они сказали друг другу за эти несколько минут. Но по их лицам я поняла: что-то изменилось. Что-то важное, о чём мне пока не говорят. И от этого на душе стало ещё тревожнее.

Вечерний воздух уже начал остывать. Лёгкий ветерок, бегающий от окна к окну, касался моего лица, принося с собой запах сирени и влажной земли. Я чувствовала, как Себастьян идёт рядом — его присутствие ощущалось почти физически, как тепло от камина, даже когда он молчал.

— Как прошёл день? — спросил он, и его голос прозвучал так обыденно, будто мы были просто знакомыми, встретившимися случайно на улице.

Я вспомнила, что с самой ночи мы ещё ни разу не разговаривали.

— Ты знаешь. — Ответила я сухо. Мне не хотелось говорить. Не хотелось вести эти светские разговоры.

— Не знаю, — возразил он, и в его голосе послышалась лёгкая насмешка. — Поэтому… интересуюсь.

— Как обычный день. — Бросила я через плечо и ускорила шаг, не дожидаясь его.

Но Себастьян легко догнал меня — его шаги были бесшумными, как у кошки. Я удивлялась этой его способности появляться рядом неслышно, словно он был частью тени.

— О, чем говорили с Августом, — начала я.

— Твой брат передал, что уедет. И завтра его не будет, — сказал он, и я почувствовала, как его голос стал чуть тише, серьёзнее. — Сказал, что у него дела.

Я шла молча. Себастьян, врал, и что хуже, он знал, что я знаю это.

— Он тебе нравится? — спросил вдруг Себастьян. И я остановилась так резко, что чуть не споткнулась.

— Что? — Я обернулась к нему, чувствуя, как кровь приливает к щекам.

— Август. Он тебе нравится? — повторил Себастьян, и я увидела в его глазах искреннее любопытство. Ни ревности. Ни злости. Только холодный, оценивающий интерес, как у учёного, рассматривающего новый вид жука. Меня это взбесило ещё больше.

— Что ты несёшь? — выпалила я. — Мои отношения с Августом — не твоё дело.

— В смысле? — В его голосе появилась та самая насмешливая нотка, которую я ненавидела. — Ты моя невеста. Всё, что касается тебя, — моё дело.

— Я тебе не жена и не твоя собственность — отрезала я, чувствуя, как внутри закипает злость. Горячая, обжигающая, как расплавленный металл.

— Я знаю, — сказал он, и его голос вдруг стал мягче, почти ласковым. — Но я хочу, чтобы ты была ею. — Кинул он двусмысленный ответ.