Книга Княгиня-служанка. Берегиня рода, страница 73 – Дия Семина

Она протянула мне серебряную монетку с номером на льняной верёвочке, и ещё раз взглянула с раздражением, как на свою личную проблему, и ушла.

А я скорее закрылась на большой деревянный засов, зажгла две лампады от свечи и принялась за себя. С длинными волосами и за три часа не управиться. А ещё вода чуть тёплая и не так много осталось, видать, с вечера банщик не спешит воду наносить, да огонь разводить. Но делать нечего, пенять на судьбу и по другим поводам есть за что.

Например, платье сейчас сменю, а на новом-то защитного узора нет. И начнёт неизвестный тёмный колдун тянуть мои настоящие силы и жизнь, ведь новый узор вышить не успею…

Времени на помывку всего ничего, пришлось с особым усердием лыковой мочалкой натирать всё ото лба, шеи, ушей, до пяток, над которыми ещё месяц придётся трудиться, чтобы сделать их розовенькими и мягкими.

Чем дольше и тщательнее моюсь, тем больше надо мной витает светлых, сияющих ниточек.

Вот оно, решение моей проблемы, я их в косу-то вплету, на руки и на ноги намотаю и завяжу, и тем самым, на какое-то время себя смогу обезопасить от зла, что меня преследует.

Так и сделала.

Волосы вычесала гребешком, что ещё на рынке прикупила, и сырые заплела в косу, щедро вплетая магические нити. Вытерлась насухо отрезом ткани, и начала ниточки ловить, да на себе навязывать, на левую руку, на правую. На ноги и на жетоне, что теперь будет висеть у меня на груди, тоже привязала несколько ниток.

Вот теперь я под защитой, до вечера продержусь, а потом сделаю новый узор на новом платье.

Оделась, огляделась и поспешила на новое место службы, особо по сторонам не оглядываюсь, чтобы не дай бог старика не увидеть или ещё с кем-то неприятным не столкнуться, думаю, что недоброжелателей у меня уже немало, просто я о них не знаю.

И вот первый, тот самый лакей, что с Ефимией заигрывал, как узнает, что его зазнобу из-за меня выгнали навсегда, точно отомстит.

Поднимаю жетон и долго смотрю на лакея, жду, когда сообразит и вспомнит, что я немая и меня нужно впустить.

Раздражённо вздохнул, молча меня пропустил, лишь взглянув на жетон, даже не попытался заигрывать, наоборот, отстранился как от чумной. Оно и ладно, главное, чтобы к сыну пустили, не заподозрив в какой-нибудь ереси.

Прошла по знакомым переходам, и мои ноги вдруг сами меня завели не в ту сторону, где наши кельи находятся, а в залу, где зеркало установлено, и сейчас оно накрыто простынёй. Кто-то опомнился, долго же соображали. Но я и так вернулась и уже не единожды на своё отражение смотрела. Так что покойницы в этом большом доме больше нет.

Мне так показалось, ведь я живая.

Осторожно сняла покрывало, опомнилась и быстрее стулом подпёрла двери под ручку. Чтобы никто ненароком не зашёл, в момент, когда я буду вертеться перед зеркалом и смотреть на себя.

Мне и вертеться нет нужды. В небольшом расписном сундуке есть ещё одно зеркальце на ручке, я здесь всё знаю.

Развязала шнуровку на вороте, распуская новое платье, пошире, спустила с плеч, а косу наперёд перекинула и через небольшое зеркальце взглянула на свою спину.

Взглянула и обомлела от ужаса. И как только удержала зеркальце, чтобы не выронить и не разбить.

Не та метка! Совсем не та, какая должна быть! Метка вражеская с мордой волка, а должна быть с медведем…