Книга Княгинины ловы, страница 56 – Татьяна Луковская

— Спасибо, княгиня, дорогой подарок.

Елена подошла к нему совсем близко, чтобы стоявшая за спиной Аринка не услышала. Пальчики княгини пробежались по ребристой броне:

— А меня забудь, разные у нас пути.

— Нет, - коротко отрезал Димитрий, его широкая ладонь легла на узкую ручку княгини и прижала ее к кольцам кольчуги. Елена дернула руку, но высвободить не смогла.

— Нет, - еще раз твердо повторил Димитрий, - а за подарок спасибо.

Елена наконец вырвала руку и сделала шаг назад.

— Уж больно ты дерзкий, боярин.

— А ты уж больно хороша.

— Опять ведь поссоримся, - печально вздохнула красавица.

— Помиримся, - ласково произнес Димитрий.

— Наши вернулись, татей двоих споймали! - крикнул один из воев.

Из леса выезжала погоня. Впереди со связанными руками бежали двое пленных мужичишек лет тридцати с сильно битыми мордами. Вид у них был испуганный. Позади вои под уздцы вели трех красавцев коней, на них поперек лежали трупы тех самых всадников, что отступили к лесу.

— Догнали, стало быть, и этих! - восхитился Вышата, оглаживая одного из коней по стройной шее.

— Да, видать, они леса не знают, провожатого - то их мы убили. Кружить начали да на нас и вышли, - отозвался Пахомий, отряхивая с портов острую хвою и цепкую траву.

— А этих как отловили?

— На дерево, черти, залезли, думали, не увидим!

— Ну, сказывайте, - обратился к татям воевода.

— Так что ж сказывать, вы ж и так все знаете, - заюлил мужичок с подбитым глазом, его румяное лицо с крупными чертами выразило усмешку, - видим, обоз едет, поживиться хотели, силенки не рассчитали, вот вы нам и наподдали.

— Стало быть, что княгиня едет, не знали? - допытывался Вышата.

— Да откуда, - развел руками тать.

— Ну, не хотите правду сказывать, так и не надо, - сладко пропел воевода, - Гордей, проку с них нет, кончайте!

— Нет! - закричал второй, костлявый мужик с трясущимися руками, его красный нос на обескровленном лице нервно шмыгал, - тебе, Завидка, коли жизнь не дорога, так молчи, а я еще грехи не успел отмолить, все скажу!

— Так сказывай, - вопросительно вперил в него взгляд воевода.

— Валяй, - одобрил и первый тать, безразлично махнув головой.

— На Волге мы промышляли, так, перепадало кое-что, и отрядец у нас был большой. Воевода наш утонул, по хмельному делу с ушкуя свалился, так выбрали мы на горе себе этого вот, - и рассказчик указал острым подбородком в сторону трупов, разложенных вдоль дороги. Посредине, завернутый в окровавленный корзень, лежал Кун.

— Вскоре, к осени, явился к нам невесть откуда нарочитый мужичок, разодет богато, маленький такой да щупленький, а глазки так и бегают. Кун его принял как дорогого гостя, а после собрал нас и говорит: «Нечего нам здесь делать, на Утицу пойдем, там торговля житом во всю идет, а охраны почти никакой. Есть чем поживиться». А мы ему и говорим: «А ежели нас старый Мстислав перебьет?» Так он и отвечает: «На Чернореченской стороне засядем. Князь Андрей помер, а молодому до этого угла и дела нет, никто нас гонять не станет».

При этих словах татя воевода укоризненно посмотрел на Димитрия с Пахомием, те сосредоточенно рассматривали носы своих окровавленных сапог и глаз на Вышату не поднимали.

— Прибыли мы на Утицу к Покрову, засели у устья, и дела поначалу и впрямь пошли хорошо. Сначала струги грабили, а как река замерзла, там санный путь пошел, мы и к саням выходили. Но только к Рождеству торговля прекратилась, перестали обозы жито возить. Добра - то у нас уж много было, да толку. Стали мы назад на Волгу сбираться. А воевода наш все убеждает: «Погодите да погодите. Здесь давайте зимовать, а как лед сойдет, так опять гости поплывут, рано уходить». Ну, мы его и послушали. А только весной ничего не изменилось, как не было гостей, так и нет. Проплыл только чернореченцев отряд туда да обратно к Успенью, так вооружены, что куда там нам, не полезли мы на них.