Книга Зима, страница 61 – Татьяна Луковская

— Что, Робша, всю ночь по Агашке рыдал? - поддел его в бок Филька Буян.

— Не твое дело.

— Думал, мне отказали, так тебя захудалого в зятья примут? Петух соколом себя возомнил.

— Ты что ли сокол? - усмехнулся Демьян.

— Ну, уж как петух под заборами не кричу.

Филька видел, что Олексичу худо с похмелья, и явно нарывался на драку, не желая упустить такой удобный момент.

— Врезал бы я тебе, да в Божьем храме грешно, - Демьян сжал кулаки.

— В храме нельзя, а за храмом то можно, после службы, - и толкнув соперника в плечо, Буян нырнул в толпу.

— Только драки нам сейчас и не хватало, - проворчал, слышавший все, Горшеня.

— Драка мне сейчас и нужна, - Демьян невольно поворотил голову, и тут же встретился взглядом с Агашей. В ее глазах было беспокойство. «Неужто, переживает!» От этого на душе у парня сразу стало благостно, а иглы боли теперь кололи не так жестоко.

Народ в церкви оживился. «Биться... биться станут», - полетело со всех сторон.

За церковной оградой толпа очертила место поединка, в воздухе летало возбуждение. Демьян с Филькой быстро скидывали с себя кожухи и свиты, чтобы драться в одних исподних рубахах.

— Масленая только завтра, Божье воскресение нынче, а вы драку затеваете! - пытался увещевать задир Леонтий.

— Пусть разомнутся, - лениво отмахнулся от священника Святослав Липовецкий, - а то от скуки да безделья зачахли совсем.

— Их люди, сами разберутся, - с показным равнодушием устранился и воевода.

Александр молчал, по его внешне спокойному лицу ничего не возможно было прочесть.

Все смолкло в ожидании.

Филька был мелковат ростом, но широк в плечах, с развитым торсом на крепких ногах, мужицкими большими кулаками легко гнул подковы и пробивал толстые доски. Однако при всей своей силе и отчаянной задиристости раньше противостоять в открытом бою Демьяну он не мог. Сейчас все было по-другому, Буян рассчитывал на победу, и дело не только в тяжелом похмелье соперника. Все время пребывания на заставе Филька не стеснялся подсаживаться к сытому княжескому столу, зимние испытания не оставили ни следа на его круглых румяных щеках. Олексич же питался со своей дружиной, не желая объедать Александра, и от того заметно отощал. В присутствии не состоявшегося тестя и его красавицы дочери, испуганно выглядывающей из-за отцовского плеча, Буяну очень хотелось поквитаться за все накопившиеся обиды.

Широко перекрестившись на распятие церковного купола, Филька бросился на Демьяна. Он яростно начал наскакивать, целясь в лицо, желая сразу же мощной атакой подавить соперника. Но его кулаки встречали лишь пустоту. Олексич только уворачивался, не нанося в ответ ни единого удара. Он отступал по кругу, ведя соперника за собой.

— А ольговский-то трусоват! Бегает как заяц! - раздавались смешки вороножских зевак.

Получив одобрение зрителей, Буян, сделав несколько обманных ударов в сторону груди и правого плеча, опять попытался достать скулу Демьяна. Тот казался запыхавшимся и уклонялся все менее ловко.

— Батюшка, вели, чтоб остановили! - взволнованно дергала Агафья Федора за рукав. - Он ведь убьет его!

— Твой дурня липовецкого? - ухмыльнулся воевода, - Не должен, он у тебя жалостливый.

Буян в очередной раз махнул кулаком, тяжелый серебряный перстень, щедрый княжеский подарок, задел Демьяну щеку, из рассеченной раны хлынула кровь.