Онлайн книга «Чудно узорочье твое»
|
Данила принялся что есть мочи колотить ногами и грести наверх. Река, видно, удивилась смельчаку, чуть ослабила хватку. Он сделал рывок, голова выскочила наверх, Данила жадно глотнул воздух. Плот был уже на расстоянии тридцати локтей. Толпа сгрудилась, наблюдая за тонувшим, а среди них Кирша. Лица не разглядеть, но Данила мог поклясться, что на его губах играла ухмылка. Все ж сгубил, довершил дело. И ответом невидимая рука потянула за сапоги, Данила снова погрузился в пучину. «Нет, я еще поборюсь!». Снова рывок ногами, еще… Путы слетели вместе с сапогами. Данила рванул наверх, снова сделал жадный глоток степного ветра, скинул набухший кожух. Сразу стало легче. Где плот? Очень далеко. С него что-то упало, может, кинули бревно, чтоб тонувший схватился. Хотя откуда на плоту свободное бревно. Надо плыть, нельзя дать реке снова взять верх. И Данила начал делать широкие мерные гребки — один, второй, третий. Нужно как-то повернуть к своему берегу. Правая рука стала работать шибче. Но рано речной пленник обрадовался, от холода ноги стала крутить судорога, тело потяжелело, грудь сдавил железный обруч. «Нет, мне нужно выплыть. Мать сказала: „Вернись домой!“, а где мой дом? Мой дом в Юрьеве. Я должен туда попасть. Исполнить обет». В очах мутилось, силы покидали. «Мне надо, Господи, мне очень надо!» Нога почувствовала песок. Песчаная коса. Теперь устоять, чтобы не утянуло. Шаг, второй. Идти стало легче… Данила добрел до камышей и упал, ломая тонкие стебли. В очах померкло. Он потерял сознание. Проснулся от оглушительного шума. Шум был невыносимым. Хотелось заткнуть уши и не слышать. А-а, как больно. Глаза зажмурились от яркого света. Да, что ж так мерзко шумит⁈ Данила медленно повернул тяжелую голову. Рядом с ним над первоцветом кружил шмель. Мохнатый комок сосредоточенно облетал желтые цветочки и раздражающе громко жужжал! Что⁈ Данила резко сел. Сердце ускорило бег. Откуда-то сбоку навалилось резкое треньканье. Мимо пролетела мелкая плаха. За спиной послышалось шуршание, Данила вздрогнул — то плескалась вода. Он сидел в стороне от камышей, среди молодой травы пойменного луга и слышал, как плещется вода! Голову сжало от спазма, пришлось обхватить ее обеими руками. Да что ж это, где блаженная тишина⁈ Сколько он так просидел, неведомо. Привыкнуть к пестроте звуков никак не получалось. Как хмельной Данила встал и пошел к реке, омыл лицо. Вот и воля. Только как теперь без сапог и кожуха, в одной драной рубахе? «Обойдусь». Главное на свободе, а то все пустое. Живот подвело от голода. Переборов холод, Данила побрел по мелководью, прощупывая ступнями дно. Пальцы нащупали раковину. Перловица. Выхватив моллюска из воды, ловец принялся ногтями расковыривать створы. Добыча оказалась противной, склизкой и попросилась обратно. Переборов себя, Данила все же проглотил улов. Потом нашел еще пару. Пока хватит и этого. И тут внимание привлекло что-то черное, запутавшееся в тине у камышей. Данила осторожно приблизился. Там, лицом вниз, лежал человек. Утопленник. Рывком Данила перевернул тело и вздрогнул — это был Кирша. Или не он, отчего-то было сложно опознать. Да нет, он. Выходит, мужики видели, что детский толкнул немого каменщика, и кинули его в воду следом. Такая вот судьба. |