Книга Поезд в страшную сказку, страница 52 – Татьяна Луковская

И тут Варю прошиб холодный пот: «А что, если это Коробейников? Машину я толком не рассмотрела, но вроде похожа. Что, если в полиции меня хватились и кинулись вдогонку? Хотя зачем им это? Коробейников же намекал, что с меня все подозрения сняты. С другой стороны, я ему отказала, мог же отомстить?».

Не в силах сидеть, Варя встала и начала расхаживать от стола к двери. «Ну, допустим, это так. Как он мог узнать, что я еду в этом поезде? Дед и тетушка меня не выдадут, будут отвечать, как договорились, что я поехала с новой хозяйкой в столицу. Нет, это точно не он. С меня подписку о запрете на выезд за пределы города не брали, я имела право уехать. Вернусь в марте, пусть допрашивают». Немного успокоившись, она села обратно на диван и завернулась в одеяло. Прислушалась, на перроне установилась тишина, но в этой, показавшейся зловещей тишине, снова пришло беспокойство: «С другой стороны, узнать, что я еду в Вельтск, вообще не проблема. Коробейников подвозил меня до „Центральной“ гостиницы, там расспросить про мою новую хозяйку — проще простого, а дальше выйти на ее родных». Сердце участило бег, дыхание перехватило. «Вот будет позорище, когда следователь завалится в купе и у всех на глазах снимет меня с поезда. И денег из аванса я уже много потратила, где их взять, чтобы вернуть? А еще подведу милейшую Зинаиду Игнатьевну». Варя завернулась в одеяло так, что осталась только щелочка для глаз. Ах, если бы одеяло делало человека временно невидимкой.

Прозвучал паровозный гудок. Перрон заволокло паром. Второй гудок. Поезд дернулся. Захлопали, затворяемые двери. Третий. Вокзал поехал вместе с фонарями. Корытовск прощался с компаньонкой в бегах.

«Варька, успокойся, — все же вылезла трусиха из кокона одеяла и подбадривающе хлопнула себя по щекам. — Если бы это был Коробейников, он давно бы ворвался в купе, но поезд тронулся, а его нет. А еще Дмитрий Капитонович никогда бы не позволил себе промчаться так лихо по перрону, в прошлый раз он вел машину крайне аккуратно, бережно. Это не он, я уверена».

Успокоившись окончательно, Варя закрыла глаза и провалилась в глубокий сон без сновидений. Никакие женихи ей этой ночью не приснились, может, потому что заснула она и не ночью вовсе, а уже под утро, а еще больше сомнительных женихов молодую компаньонку порадовали бы — хорошая рекомендация и обещанное вознаграждение.

[1] Половыми называли официантов.

Приятно выспаться под мерный стук колес. Варя улыбнулась, разглядывая потолок, потянулась и… резко вскочила, осознав, что купе освещено дневным светом. Который час⁈

— Который час? — спросила она у выкладывавшей на стол свертки Гали.

— Не знаю, Зинаида Игнатьевна с часами ушли-с.

— Как ушли-с? Куда? — Варя торопливо принялась натягивать платье.

— В преферанс с Иваном Карловичем играть, а вас велела не будить.

— Как неловко получилось, — опавшим голосом проговорила Варя, — я с вечера как-то долго не могла заснуть.

— Это луна виновата, скоро полнолуние, — с пониманием закивала Галя, — у меня тоже такое бывает.

«Проспала? Что теперь обо мне подумают? Взяла такие деньжищи за работу, а сама спит по полдня!» Варя судорожными движениями крутила волосы в колечко, прихватывая их шпильками.

— Коса у вас, барышня, красивая, богатая, — похвалила Галя, — а у меня вот три волосинки. Да вы не переживайте так, всяко бывает. Зинаида Игнатьевна — барышня негневливая. Да куда ж вы сама постелю убирать, я ж на что?