Книга Он мой Октябрь, страница 13 – Евгения Ник

Мой босс взглядом отмечает, что всё на местах, и одобрительно кивает мне.

— Всем, доброго утра и давайте сразу к делу. У нас два часа, — говорит он, подходя к своему месту.

Сажусь чуть поодаль, открываю ноутбук, чтобы вести протокол. Руки снова хотят дрожать. Но мысленно я запрещаю себе это делать. Всё, Люба. Самое страшное позади. Ты всё знаешь. Ты вела подобные протоколы сотни раз. И это совещание не будет ничем отличаться от других.

Олег начинает говорить. Голос негромкий, без эмоций, но уверенный. Иногда я замечаю, как его взгляд опускается к листам, что я для него приготовила. Он использует мои выжимки. И да, это приятно. Сам факт, что работа была проделана не зря. А ещё в какой-то момент наши взгляды встречаются. Всего на секунду. Не улыбается. Но в его ледяных глазах я снова вижу одобрение.

Ровно через два часа совещание заканчивается. Клиенты покидают зал с довольными лицами. Антон Викторович растёкся в кресле с улыбкой. А мой босс замер у панорамного окна, глядя куда-то вдаль.

— Капустина.

— Да, Олег Сергеевич.

— Не знаю, как… Но ты справилась, — говорит задумчиво, складывая руки в "замок" за спиной. — Молодец.

Антон Викторович с хитрой ухмылочкой смотрит на меня, после чего говорит:

— Фея крёстная прилетала на помощь?

— Да вы что! — делаю невинное лицо. — Я… просто приехала на работу к семи часам.

— Оу, вот это рвение, — давит смешок и встаёт с кресла. — Похвально.

— Спасибо, — бормочу тихо, наблюдая за тем, как он идёт к выходу.

— Через неделю... полторы, если будешь работать с тем же рвением, то полетишь со мной в Красноярск на важную встречу.

— Что?

— Есть возражения? — оборачивается он через плечо, а потом подходит ко мне ближе смеряя взглядом.

— Нет, просто… На какой срок?

— Два дня, — коротко рубит ответом и выходит, оставив меня стоять посреди опустевшего зала.

Красноярск? Два дня? С ним?

Супер!

Люба

Два дня Осипов заваливает меня задачами так, что с работы я выползаю часа на два позже, и повесив язык на плечо.

Дома, всё, на что у меня хватает сил — это сварить с десяток пельменей, затолкнуть их в себя, упасть на диван и смотреть сериал. Потом под него же и заснуть.

И сегодня, сидя на рабочем месте, у меня такое предчувствие, что надвигается буря. Почему? Потому что на часах девять семнадцать, а моего будущего мужа всё ещё нет. Чёрт бы тебя побрал, Осипов! Хоть бы написал. На десять же назначено совещание.

Выпиваю кофе, проверяю почту и только собираюсь пойти на кухню, чтобы помыть чашку, как дверь приёмной распахивается так, что я вздрагиваю. Влетает он. Да-да, не входит, а именно влетает. Лицо темнее грозовой тучи. Волосы, обычно безупречные, сбились на лоб.

— Доброе утро, Олег Сергеевич, — выдавливаю автоматически, вставая с кресла.

Он проходит мимо, не поворачивая головы, и рявкает в пространство:

— У тебя все задачи кончились, если ты, не успев прийти на работу, уже кофе распиваешь?

И всё. Он просто скрывается в своём кабинете.

Медленно опускаюсь в кресло. Перевожу взгляд на пустую чашку и чувствую, как по щекам разливается жгучий, обидный румянец. Но не от страха, что я напортачила. От бешенства. Он офигел? Да я даже пыль успела протереть сегодня! А ведь это даже не моя работа! А мои переработки?!

Вот же сучок. "Не позволю с собой так обращаться", — чётко звучит в голове, и, сделав глубокий вдох, встаю с места. Подхожу к его двери, ударяю костяшками и, не дожидаясь ответа, сразу вхожу.