Книга Возврату не подлежит, страница 40 – Таша Алферьева

— Привет всем!

Следом вошёл Егор. В выражении его лица читалось сильное желание одёрнуть как можно ниже подол платья своей бывшей подружки.

Первым делом Вика бросилась обниматься с родителями, потом со мной.

— Ну рассказывай! В кого ты там влюбилась? А ещё лучше показывай, — потребовала неугомонная блондинка.

Я вздохнула и покосилась на Егора, который продолжал маячить поблизости, недовольно зыркая на Викины ноги — стройные, но чересчур голые. Выразительно просигнализировала брату глазами: «Уведи её от меня».

Егор нервно оглянулся, схватил со спинки стула чей-то пиджак и воинственно подступил к ненавистной возлюбленной.

— Эй! Ты чего?! — запротестовала Вика, когда он начал оборачивать вокруг её талии чужую одежду.

— Прикройся. Тут всё-таки дети, — процедил парень сквозь зубы.

— Да какая детям разница, во что я одета?

— Им снизу виднее, — пояснил Егор.

Я расхохоталась. Подруга зарумянилась, что случалось крайне редко. Она была смущена и возмущена одновременно.

— Ты!.. Ты!.. — задыхаясь от гнева, Вика никак не могла придумать достойного ответа на нахальные действия бывшего.

Мимо как раз пробегала Варя:

— Котятки, не ссорьтесь. Лучше идите поцелуйтесь где-нибудь в укромном месте, а то здесь дети.

Обычно Варвара была куда более тактичной и прямых советов молодёжи на подобную тему не давала, но сегодня её терпение, особенно в отношении этих двоих, явно лопнуло.

— Действительно, — на весь зал поддержал сестру Олег, который не смог приехать и подключился к празднованию по видеосвязи. — Хватит уже бегать друг от друга и друг за другом. Нам было интересно наблюдать за вашей любовной драмой, но любой, даже самый крутой сериал рано или поздно надоедает, если его вовремя не заканчивают.

— Олег! — вместо благодарности возмутилась Варя.

В банкетном зале воцарилась заинтригованная тишина. Вика покраснела ещё сильнее, готовая провалиться сквозь землю от повышенного внимания к своей персоне, хотя обычно подруга стремилась к публичности, но точно не в этот раз.

— Хватай её. Она созрела, — толкнула я недогадливого Егора в бок. Тот опомнился, действительно подхватил взвизгнувшую от неожиданности девушку на руки и унёс прочь вместе с пиджаком.

— Отлично выглядишь, — раздался за спиной голос Руслана.

Я обернулась. Светло-карие, почти жёлтые глаза брата одобрительно осматривали меня с головы до ног.

— Это всё мама, — я поднялась из-за стола и крепко обняла любимого родственника, которого давно в живую не видела.

— Твой киборг будет доволен, — хмыкнул он.

— Русик, не шути так, — с тяжёлым вздохом попросила я.

Брат тут же воинственно нахмурился:

— В чём дело? Он тебя обидел?

— Нет. Скорее, я — его.

— Каким образом?

— Предложила стать моим мужем.

Парень выразительно присвистнул. На него тут же шикнула Милана:

— Не свистеть в классе. Ой… в смысле… Ну, ты понял.

— Да понял я, понял. Что нашу младшую прокатили со свадьбой.

Все, кто находился рядом, дружно вскинулись. Посыпались вопросы и удивлённые возгласы. Я застонала от досады и вспомнила о своём обещании кое-кого прихлопнуть за не в меру болтливый язык. Ситуацию спасла ожившая на сцене голограмма ведущей, которая почему-то выпрыгнула из торта и была наряжена так, будто её пригласили не на банкет по случаю сорок девятой годовщины свадьбы, а на мальчишник. На голове — розовые заячьи ушки, а на жо… то есть с тылу чуть ниже линии талии — круглый пушистый хвостик. Судя по тому, как ржал при появлении «зайки» Степан, это была его креативная идея взамен традиционного салюта.