Книга Колодец и бабочка, страница 112 – Елена Михалкова

Сергей всю жизнь считал себя тугодумом, а после того как близко познакомился с Макаром, уверился еще и в том, что туповат. На фоне быстрого, точно крыса, Илюшина он катастрофически не успевал осмыслить задачу как следует. Бабкин заключил, что его спасение в основательности. С упорством крота он перелопачивал целые пласты информации, пока не находил искомое. Ту же задачу Макар на его глазах неоднократно решал за минуту. Сергей не задумывался, что интуитивные озарения Макара – цветок, распустившийся на заранее взрыхленной и удобренной почве, которую подготовил не кто иной, как он, Бабкин. И уж подавно он не догадывался, как высоко Макар оценивает его работу. Сергей не сомневался, что в случае необходимости Илюшин без особых сложностей подберет себе нового напарника. «Любой добросовестный опер способен выполнять мои функции». В действительности Макар считал, что Бабкин незаменим.

На следующее утро Сергей дозвонился до участкового пункта полиции и договорился, что подъедет. В десять он уже был на месте. Участковым оказалась полная девушка с гладкими черными волосами и густо накрашенными ресницами. Девушку звали Лейла. Бабкин уставился на нее как на диковинку, но благоразумно сдержал свое удивление, рассудив, что бедняжку и без него замучили расспросами.

Лейла держала себя очень сурово, что Сергея в глубине души позабавило. Но когда дошло до дела, оказалось, что девица ему попалась толковая.

Бабкин, как всегда, произнес кодовую фразу, включающую слово «благодарность». Это вступление сразу расставляло все точки над «и». Не раз и не два после этого с ним деловито обсуждали размер вознаграждения и начинали торговаться. Лейла упоминание о благодарности пропустила мимо ушей и строго попросила его перейти к сути дела.

Сергей объяснил, что свидетель вторые сутки не выходит на связь. Телефон отключен, на работу не явился.

— Преждевременный шухер поднимать не хотелось бы, – закончил он. – Лейла, надо бы камеры посмотреть. Чем быстрее, тем лучше. Поможете?

Когда они приехали на Басманную, обнаружилось, что девушка знает консьержку по имени. Она поднялась к квартире Стряпухиной, долго звонила в дверь, затем постучала к соседям.

— Умотала она вроде бы, – сказал заспанный бледный юноша, переминаясь с ноги на ногу. – Вчера? Позавчера? Не помню. Мы из клуба возвращались, встретили ее с сумкой.

На сумку Бабкин сделал стойку. Сумка интересовала его гораздо больше, чем Стряпухина, живая или мертвая, – потому что в ней мог быть кот. Лейла позвонила в управляющую компанию, и час спустя они сидели перед монитором, просматривая на ускоренном воспроизведении запись с камеры над подъездом.

Качество записи было таким, что Сергей буркнул:

— На месте жильцов я бы жалобу накатал. На валенок снимать – и то четче было бы видно…

— Это не она? – прервала его Лейла.

На экране застыла размытая фигура. Высокая девушка в мешковатом спортивном костюме. Длинные светлые волосы собраны в хвост. В двадцати метрах у подъезда стоит машина, номерные знаки не видны.

— Черт, похожа! – Бабкин встрепенулся. – В лицо бы ей взглянуть…

— В лифте тоже есть камера… Сейчас посмотрим.

Несколько минут спустя не осталось никаких сомнений: Олеся Стряпухина покинула свою квартиру в пять часов двадцать четыре минуты утра.