Книга Если вы меня слышите. Книга 1, страница 6 – Елена Михалкова

Особые приметы: вертикальный шрам длиной три сантиметра на левом боку – предположительно, ножевое ранение. Шрам на затылке от удара металлическим прутом. Шрам на правом предплечье в виде красного пятна диаметром четыре сантиметра – предположительно, ожог, полученный в возрасте от трех до пяти лет. Четыре длинных вертикальных шрама длиной от шести до десяти сантиметров в области лопаток – происхождение неизвестно.

* * *

В любом другом случае частные детективы начали бы с родителей. Но шел уже третий день поисков. Им предстояло сначала оценить работу, проделанную до них, чтобы понять, куда двигаться дальше.

Сергей, в прошлом оперативник, говорил, что его место службы бывшим не бывает. Если ты однажды попал в клан, в определенном смысле остаешься навсегда с его печатью на челе. Он недоумевал, зачем якудза татуировки. Принадлежность к своим Бабкин опознавал безошибочно – по взгляду и манере держаться.

Следователя, которого назначили на дело Чаянова, звали Егор Давыдов. Сергею потребовалось три телефонных разговора и десять минут ожидания, прежде чем последний собеседник перезвонил и продиктовал номер Давыдова.

— Я с ним связался, предупредил, что ты проявишься. Егор Иваныч так-то нормальный мужик. Резкий, может, самую малость. Но добросовестный. Прям как ты!

Хохотнув и потребовав на прощание с Бабкина пиво, собеседник распрощался. Сергей занес напоминание в записную книжку, которую всегда носил с собой. Проставиться он собирался сразу по окончании расследования. Простое дело – поблагодарить человека за услугу. Но Сергей давным-давно убедился, что даже на небольшую благодарность способны немногие.

— Есть выход на Давыдова, – отрапортовал он, войдя в кухню.

— Выход-шмыход, – раздраженно сказал Илюшин. Пытаясь взбить пенку для кофе, он облился молоком. – Взяли бы номер у Боричева, как я сразу и предлагал.

— Ага. Чтобы нас послали еще на дальних подступах? Ты как будто со следаками никогда дела не имел.

— Ладно, звони Давыдову, договаривайся о встрече.

— А время?

— Чем скорее, тем лучше.

Все сразу пошло наперекосяк. Давыдов цедил слова и разговаривал так, словно Бабкин звонил ему не в первый, а в сто первый раз. К концу разговора Сергей заподозрил, что бывший коллега подложил ему свинью и отрекомендовал его как ленивую скотину, желающую въехать в рай на мозолистой спине следователя.

Этими сомнениями он поделился с Макаром.

— Давыдов согласился встретиться, но не в кафе и не в самом комитете.

— А где же?

— Сказал, на пять минут к нам выйдет. Встреча слева у входа, ровно через час. Если опоздаем, ждать не будет.

— Это на «Бауманской»?

— Ага.

Макар посмотрел в окно.

— Хорошо хоть дождь закончился. Поехали на метро, иначе опоздаем. Похоже, со следователем в этот раз не повезло… Свитер свой не забудь.

* * *

«Хуже некуда, – думал Сергей. – Не договориться нормально со следаком! Что нам вообще тогда ловить в этом деле?»

Он машинально пригнулся перед спуском в подземный переход.

Вот за это Бабкин и не любил метро. За низкий вход, о который рослому человеку лоб разбить как нечего делать. За толпу. За болванов, которых хлебом не корми, дай застыть на проходе, точно коза над пропастью. За толкотню и запахи. «Что за народ такой, – мрачно думал он. – Мужики не моются. А бабы, похоже, моются духами. Смердят так, что умри все живое. Хотя это они, наверное, делают, чтобы отбить вонь окрестных мужиков».