Книга Если вы меня слышите. Книга 1, страница 4 – Елена Михалкова

* * *

С этой высоты парк был похож на ковер пятнистого мха: изумрудные, сизые и огненно-красные бугорки. Там, внизу, пылал октябрь. А напротив Сергея – руку протяни – стоял уже не ледяной осенний воздух, а целое небо. Бабкин не уставал удивляться этому превращению. Причем заметил он его не так давно. Всё пилил Илюшина за его выбор: двадцать пятый этаж, безумие же, даже от пожара не спастись, если не дай бог… А в один прекрасный день подошел к окну – и на него взглянуло небо. У Бабкина внутри как что-то перевернулось один раз, так обратно и не встало.

А вот когда это было?

Ах да! В тот самый день, когда Алисе исполнилось три месяца.

Ворчать он, конечно же, не бросил. Просто стал чаще смотреть в окно.

За спиной раздались шаги: вернулся Илюшин, проводив Боричева.

— Ну, что скажешь? – В голосе Макара звучало нескрываемое предвкушение.

Ни дать ни взять первоклассник перед горой упакованных игрушек, потирает руки, прикидывая, какие сокровища таятся под нарядной оберткой.

И Бабкин неожиданно заразился его воодушевлением. Он по-прежнему хорошо представлял, что их ждет. Пацан может быть где угодно: хоть в родном селе, хоть в привокзальном притоне. Для жмота в песочном пальто они искали его сестру-наркоманку, и после расследования у Сергея осталось ощущение, будто их с Макаром долго и тщательно валяли в грязи. Ему вдруг подумалось, что сейчас все будет иначе. В конце концов, это всего лишь мальчишка.

Позже, вспоминая, как все начиналось, он не мог простить себе именно этого щенячьего азарта.

Стоя перед окном, Сергей сунул руки в карманы, изобразил хмурую мину и обернулся:

— Скажу, что сменную трубку для капучинатора только через неделю привезут. А до тех пор кофе сам себе вари.

Илюшин схватился за сердце, словно пораженный пулей, и сполз вниз по косяку.

* * *

Как это происходит?

Мальчик возвращается домой из школы. Решение уже принято – кстати, когда? Предположим, неделю назад. В прошлый понедельник матери позвонила учительница, и после разговора с ней у мальчика отобрали смартфон, а вместо него выдали кнопочную «Нокию». «Ты его из прабабкиной могилы вытащила, что ли?!» – заорал он. Не сказать чтобы эта реплика разрядила обстановку. Мальчик заявил, что по таким телефонам динозавры друг другу звонили, потому и вымерли. И он тоже сдохнет! Как теперь музыку-то слушать? А чаты школьные? А соцсети? А фотки? Да маршрут по городу – и тот не построить!

Он даже сделал вид, что швыряет эту рухлядь в стену.

Но ему предложили не драматизировать. Раз он так хочет вернуть свой прежний телефон, пусть как следует учится и нормально ведет себя в школе. «Вменяемые люди как-то справляются с этой задачей», – сухо сказала Алина.

С подтекстом – типа, он невменяемый. «В невменозе», как в детдоме говорили.

Так что неделю он живет со старым телефоном. Бесится. В классе узнали и, естественно, ржут. Фрумичев предложил ему шмотки теперь покупать в секонд-хенде. Сволочь.

Но всю неделю он делает вид, что все в порядке. Зубоскалит вместе с остальными. В среду пытался смыться после уроков – просто пошляться, то-се, ничего такого… Программки-то слежения на его телефоне больше нету!

Но фиг там. Во-первых, забыл, что при его входе и выходе из школы Алине приходит уведомление. Во-вторых, маячок, как оказалось, все-таки есть. Елы-палы! Как в концлагере.