Книга Девичник, страница 72 – Сандра Блок

Если только…

Нет! Гоню непрошеную мысль прочь. Я не могла этого сделать!

Бросаю последний взгляд на угрюмый дом позади и поворачиваюсь к не менее угрюмому виду прямо перед собой. Ветер кружит вихри снега. Выбора нет – надо возвращаться на дорогу. Может, еще какая-нибудь машина попадется.

* * *

Плетусь вдоль уходящей в бесконечность дороги. От адреналина, подскочившего, пока я спасалась бегством, ничего не осталось. Зато на ферме мне хотя бы удалось отдохнуть, согреться, немного подсушить одежду и утолить голод печеньем. И кофеин придает сил.

В отличие от физического, мое эмоциональное состояние оставляет желать лучшего. Вместо того чтобы сосредоточиться на задаче, мозг то и дело скатывается в самокопание, подсовывая мне все новые и новые картинки, от которых я тщетно отмахиваюсь: кровь, пропитавшая овечью шкуру; кровавые брызги на подушках; резинка с прилипшими к ней волосами Лэйни; длинное острое лезвие, блестящее от крови; теплая рукоятка ножа в моей ладони; рука поднимается и…

— Хватит! – кричу я сама себе. – Хватит! Хватит!

Усиленно моргаю, чтобы отогнать видения, зажмуриваюсь, вновь открываю глаза. Вокруг снег. Снег, снег, бесконечный снег.

И тут я кое-что замечаю: едва различимое темное пятно в ареоле света. Пятно растет, становится слышен гул мотора. Мне страшно даже пошевелиться: а вдруг это мираж, и стоит мне махнуть рукой, он исчезнет?

Темное пятно превращается в машину.

Осторожно выхожу на дорогу. В прошлый раз мне сильно повезло – я могла и не очнуться после удара головой. Сейчас надо быть внимательнее. Машина все ближе, я уже слышу мерный рев двигателя, шуршание колес и скрип дворников. Ближе, ближе, и вот передо мной пикап – теперь это совершенно точно не серебристый седан.

Я неуверенно машу рукой, и автомобиль замедляет движение, а потом и вовсе останавливается, окруженный облаком выхлопных газов. Сердце трепещет от радости. Машина остановилась! Неужели мне, наконец, повезло!

Стекло опускается, и водитель, перегнувшись через пустое пассажирское сиденье, спрашивает:

— Подвезти?

Сентябрь

— Лилии?! – в ужасе спрашивает мама, выговаривая слово так, будто это ругательство.

— Не знаю, – рассеянно бормочу я.

Я пытаюсь «сделать уже что-нибудь», как выразилась Тоби, и мне сейчас совершенно не до свадебных приготовлений. Хотела спросить у Райана насчет воскресной школы, а он не берет трубку. По-прежнему безуспешно пыталась связаться с Ли Джонс. И хорошо бы еще Адама Редмонда спросить про школу, однако – надо же, как удивительно! – он тоже не отвечает на мои звонки.

С запиской разобраться по-прежнему не получается. Кажется, эта затея исходно обречена на провал. Даже если на бумажке действительно записан пароль (в чем, опять же, уверенности нет), выяснить, от чего он, не представляется возможным.

— Ты вроде бы говорила, что хочешь розы, – до безумия раздражающе ноет мама.

— Какая разница, мам, – бросаю я, разглядывая увеличенную фотографию слова АДАМ в книге. Неужели Адам Редмонд прав, и кровь залила остальные буквы? МАДАМ? Все равно ничего не понятно. – Видимо, Кейтлин решила, что они лучше подходят к убранству ресторана, и Джей с ней согласен.

Мама молчит. Я прекрасно знаю, о чем она думает. А чего хочет Алекс? Только вот Алекс нет никакого дела до цветов.