Книга Девичник, страница 28 – Сандра Блок

— Ничего такого, что нельзя было бы поправить бутылочкой пива, – Джей достает из холодильника бутылку, открывает, и крышка со звоном падает на мраморную столешницу. – Будешь?

— Не, – австралийское пиво мне не по вкусу. – Могу немного вина выпить за компанию.

У нас осталась открытая бутылка со вчерашнего ужина. Достав огромный бокал, наливаю себе мерло. Мы чокаемся, делаем по глотку, и я чувствую на языке сливовый привкус. Проглотив пиво, Джей вытирает рот и выдыхает.

— Так-то лучше.

— Плохой день? – спрашиваю я, облокачиваясь о стол и водя пальцем по кромке бокала.

— Просто дерьмовый, – сделав еще глоток, Джей придвигается ближе, и я чувствую запах его накрахмаленной рубашки. – А у тебя как? Зловещих записок больше не получала?

— Не-а. Сцепилась в «Твиттере» с парочкой женоненавистников. Было весело.

Кошка сует нос в бокал с вином, и я ее отодвигаю.

— Придурки, – бурчит Джей. – Зачем вообще с ними связываться?

Его слова меня уязвляют.

— Я вообще-то не собиралась ни с кем связываться. Просто закинула удочку – вдруг получится выяснить что-то новенькое.

— В «Твиттере»? Или как там он теперь называется? «Х»? – Джей добродушно хмыкает. – С таким же успехом можно в выгребной яме порыться.

— Да, пожалуй.

Бабушка шершавым языком лижет мне руку, вновь пытаясь подобраться к бокалу.

— Больше всего бесит, что они правы. Эрик Майерс действительно признался.

— Погоди, – недоумевает Джей. – Он признался? И ты все равно думаешь, что он невиновен?

— Я думаю, что не знаю наверняка.

Схватив со стола книгу «Домик в лесу», я нахожу страницу с фотографией написанного от руки признания. Начинается оно с короткой фразы: «Я убил Николь Уайт».

— Зачитать тебе?

Джей барабанит костяшками по столу.

— Ответ «нет», как я понимаю, не принимается?

Проигнорировав его идиотский вопрос, я откашливаюсь и начинаю читать вслух.

Я убил Николь Уайт. Несколько раз ударил ее ножом в коттедже «Хоббс Лодж». Мы оба были под воздействием веществ. Когда я стал целовать ее, она сказала, что у нее уже есть парень, и отказалась встречаться со мной. Она грубо посмеялась надо мной, и я разозлился. Надо было держать себя в руках, а я совершенно утратил самообладание. Я порвал ее цепочку с кулоном в форме сердца. Николь в ответ ударила меня по щеке, и тут я совсем рассвирепел. На столе в кухне лежал нож. Я схватил его. Что было дальше, толком не помню, но я продолжал наносить удары ножом. Когда понял, что она мертва, я испугался и нарисовал на стене три шестерки. Подумал, что так будет похоже на сатанинский обряд и меня никто не заподозрит. Нож я выбросил в озеро. Забросил его очень далеко, однако можете поискать. Я сознаюсь в убийстве Николь Уайт.

Поднимаю глаза на Джея.

— И?

Очевидно, он ожидает услышать продолжение.

— Это все.

— Тогда какие могут быть сомнения? – Джей отпивает еще пива. – Он явно виновен.

Июнь

— Меня заставили его написать, – говорит Эрик Майерс.

На следующий день после разговора с Джеем я решила напрямую спросить про признание.

— Почему же вы сразу не сказали? Зачем было дожидаться окончания суда?

Поудобнее устраиваюсь на стуле у себя в кухне. В этот раз я закрыла Бабу́шку в спальне вместе с ее когтеточкой и игрушками, чтобы она не мешала мне проводить интервью.

— Я говорил, – с горькой усмешкой возражает Майерс. – Сказал об этом своему адвокату. Только от него толку не было.