Книга Кровь Древних Королей, страница 53 – Ким Сониль

Главное орудие скорпиуса сотника выстрелило в Лоран дважды, оба раза промазав. Лоран оттолкнулась от земли, взмыла вверх. Металлические болты, пущенные наугад, просвистели мимо нее, обжигая щеки и бока, разрывая кожаный доспех, оставляя на коже темно-красные полосы. Лоран оскалилась, еще раз сверкнув клыками.

Сотник выхватил свой меч, встал в оборонительную стойку. Клинок и шлем окутало фиолетовое свечение, как тогда, в Деханском лесу. Бесполезно. Приземлившись на корпус боевой машины, Лоран рубанула по доспехам Урмасом.

Сотник напоминал северянина. У него были белые как снег волосы, так что, вероятно, он прибыл издалека, из самой Хиберии. Он что-то пробормотал на незнакомом Лоран языке. Она заглянула в испуганные глаза. Они были такого же цвета, как облачное небо. На мгновение ей стало жаль этого человека, который оставил родину лишь для того, чтобы умереть на чужбине. Но потом жалость сменилась чем-то иным. В душе бурлила горящая смесь гнева, грусти и жажды мести. И именно эти чувства оказались решающими. Одним взмахом Лоран разрубила сотника надвое.

Затем она вонзила Урмас туда, где стоял сотник, и заставила клинок вспыхнуть. Взметнулся столб черного дыма, блеснуло ярко-фиолетовым. Лоран едва успела спрыгнуть, когда боевая машина взорвалась. Металлические осколки отскочили от чешуи, покрывшей лицо и руку Лоран. Оставшись без магического генератора, три других машины замерли и безвольно повалились на мостовую.

Горожане мигом заполнили площадь. Легионеры, лишившись магических орудий, повернулись к Лоран, посмотрели на сияющий, будто солнце, Урмас в ее руках и горящий синим пламенем левый глаз, затем перевели взгляды на хмурых горожан и побросали мечи и арбалеты. Толпа возликовала.

Прячась в тени небольших вилл, покрытых инеем изгородей и проезжающих мимо повозок, Кейн следовал за молчаливым человеком. Это был самый обычный мужчина средних лет. Он носил черное пальто, почти такое же, как на Кейне. Он легко мог бы затеряться среди прохожих. Но не потому, что был невзрачным внешне. Он мгновенно менял походку и осанку, подстраиваясь под окружающих. Кейну пришлось использовать все трюки и уловки, которые он знал, чтобы не отстать. Про себя он восхищался умениями своей цели.

Погоня была долгой. Когда они добрались до порта, на улицах уже начали зажигаться синие фонари, перекрывая лучи закатного солнца. Кейн шел вдоль доков. Он решил, что молчаливый мужчина идет к дому Гладис, но на полпути тот свернул на другую улицу, ведущую к кварталу всевозможных закусочных и питейных заведений. Кейн по возможности старался здесь не ходить: слишком много карманников. Они охотились на моряков, которые хотели подкрепиться после дальнего плавания.

Половину широкой улицы занимали киоски с едой, соблазняя прохожих необычными, но в то же время аппетитными запахами специй со всего мира. Идти здесь было трудно: люди то и дело неожиданно останавливались, чтобы купить еду или просто поводить носом. Молчаливый мужчина шел себе и шел, словно вокруг не было мельтешащей толпы.

Вдруг он обернулся, не замедлив шага. Они с Кейном почти встретились взглядами. Кейн успел забежать в какую-то палатку с едой. Молчаливый мужчина тут же отвернулся сам и продолжил путь. Уроженка Кассии, жарившая какое-то непонятное мясо на шампурах, крикнула что-то Кейну. Он не знал ее языка, но понял, что его только что обругали. Кейн с трудом вспомнил несколько извинений на кассийском языке, пробормотал их торговке и тут же вышел из палатки.